Остановилась я лишь однажды – там, где заметила выступающий край плитки. Словно бы… не отсюда. Я обошла яму и склонилась над острием «звезды». Точно. Этот кусок камня – более… старый. Другой. Трещин больше, они глубже. Края сильнее крошатся. Символы потертые и по краям… кажется, кровью запятнаны. Я содрогнулась, рассмотрев в мелких трещинках коричневые вкрапления. Хотя, возможно, это слюда…

Прогнав отвращение, я решительно вынула кусок плитки из выемки. Выпрямилась, бережно держа в руках находку, встала и почти сразу уловила дыхание ветра. Взъерошив мои волосы на макушке, он прошмыгнул мимо и нырнул в колодец. Вот оно, нужное!.. Я перевела дух и вздрогнула от резкой боли, когда острые края плитки впились в ладони. По запястьям тонкими ручейками потекла кровь, руки по локоть вспыхнули холодным огнем. И то ли – плата, то ли – моя глупость… Переживу.

Спрятав находку в поясной карман, я осторожно вернулась к лестнице и спустилась с возвышения. Больше здесь делать нечего. Темный лаз распахнулся, едва я очутилась у стены. Я оглянулась на прощание. День прошел не зря… Опустилась на карачки и скользнула в узкий проход, обдирая плечи и колени. Ладони ныли, и ползти пришлось, опираясь на локти. Потом перевяжу… Хотя, спорю на свое наследство, раны уже затянулись сами собой. Такова природа магических вещей – как калечат, так и лечат.

***

Выход появился, едва я к нему подползла. И первое, что увидела, это знакомое лицо.

– Не за воротник!.. – предупредила, высовываясь из лаза по плечи.

Шхалар, разумеется, мои слова пропустил мимо ушей. Молча выволок меня за шиворот и поставил на ноги. Цепко и быстро осмотрел с головы до пят. Взял за руки и заставил разжать кулаки. Раны не обнаружились, но обе ладони распухли, а кожа с внутренней стороны приобрела синеватый оттенок. Много выпил камешек… Я сморщилась. Руки по локоть онемели. И как с потоками работать, если пальцев не чувствую?..

– Покажи, – велел мой спутник коротко.

– «Ясси, как ты?», – пробурчала хмуро, кончиками пальцев кое-как вытаскивая из кармана находку.

Сумеречный не ответил, внимательно изучая кусок плитки, который стал совершенно красным. А символы почернели.

– Это не я… – прошептала в ответ на задумчивый взор. – Это он… сам…

– Пошли отсюда, – Шхалар спрятал находку в свой поясной карман. – Дело сделано, и время почти кончилось. Пора уходить, – и вручил мне потерянную сумку.

Часы как раз ссыпали последние крупинки во вторую чашу, готовясь наполнять третью. Я насупилась, перекидывая сумку через плечо, и собралась потребовать свое приобретение назад. Открыла рот и замерла, поперхнувшись невысказанным. Ветер шаловливо скользнул мимо меня, взъерошив волосы, и исчез в тайном ходе, скрытом за иллюзорной гранью. И меня снова «торкнуло». Я инстинктивно развернулась и метнулась за ветром. Здесь еще что-то есть… Шхалар тенью последовал за мной.

Я вихрем пролетала через пещеры, не чувствуя усталости – сила древнего храма здорово меня подлатала. И хотелось сворачивать горы, но этого не потребовалось. Очутившись в тупиковой пещере, чьи стены украшали спящие лица, где по полу стелилась белесая дымка, приглушая шаги, я зорко огляделась. Здесь физиономий оказалось больше, хотя пещера была меньше предыдущих. Здесь лица «смотрели» не только со стен, но и с неровных колонн сталактитов, словно кто-то неведомый прилепил к ним отрубленные головы, да так, чтобы в одной «связке» четыре рожицы оказались по сторонам света.

Содрогнувшись, я направилась в дальний левый угол, присела и потянула самую носатую физиономию за выдающуюся часть. Та послушно открыла рот, и к моим ногам упал потрепанный свиток, перевязанный грубой серой нитью. Я осторожно подняла его и сунула в поясной карман. И перевела дух. Снова отпустило. Ветер, погладив меня по щеке, скользнул в невидимую щель да пропал.

Я встала, обернулась, но сказать ничего не успела. Шхалар приподнял бровь и протянул:

– И где же мы находимся?

– А что? – я потерла, разминая, онемевшие ладони.

– Я думал, ты идешь к выходу. А ты рвалась в тупик к тайникам?

– Я вор, а не искатель, – напомнила на всякий случай, доставая планы чертогов, – куда умею – туда и привожу.

– А теперь будь добра привести туда, куда не умеешь, – он выхватил из моих рук мятые листы. – Так, мы были здесь, а сейчас…

Я поджала губы и придирчиво изучила клубок лабиринтов, интуитивно определив место:

– Здесь, кажется…

– Кажется? – переспросил сумеречный едко. – Кажется?

– Если ты такой умный – разбирайся сам! – огрызнулась в ответ.

– Яссмилина, ты забываешь. Чертоги вытягивают из нас силу, – сказал Шхалар глухо, и я наконец заметила, что его яркие сизые глаза стали тусклыми, черными. – Еще немного, и от меня будет меньше толку, чем от тебя до инициации. Пояснения нужны?

– До рабочего входа – десять пещер, и я уверена, что он там!

– Тогда вперед, – скомандовал он, – и так, чтобы я тебя видел. Вдруг опять порыв поймаешь.

Как в воду глядел…