— Сейчас это лишнее, — простонал Гриффин, разочарование сквозило в каждом слове. — Я хочу убить тебя за то, что ты прикоснулся к ней. Уничтожить тебя к чёртовой матери, — прорычал он.

— Делай всё, что заставит чувствовать тебя лучше. Если это означает преодолеть ситуацию, то сделай всё от тебя зависящее, — Лэнс развёл руки, сдаваясь.

Гриффин прошёл в другой конец комнаты, прежде чем повернуться лицом к Лэнсу.

— Я не могу быть с Сарой… не после тебя и её…

— Ты не можешь или не хочешь? К черту всё! — прорычал Лэнс. — Сара отдала мне своё тело.

Гриффин так крепко стиснул челюсти, что у него заболела голова. Он никак не мог заставить себя разжать кулаки.

— Подумаешь! Неужели ты не понимаешь, что она дала тебе гораздо больше? Она отдала тебе своё сердце и душу. Она хочет тебя. Со мной… — он хлопнул себя по груди, — это была похоть. С тобой это любовь, и если ты этого не видишь, то я ничем не могу тебе помочь.

— Она сказала, что любит меня? — он услышал в своём голосе надежду.

Лэнс покачал головой.

— Ей и не нужно было. Я вижу это по тому, как вы смотрите друг на друга. Маленькие прикосновения, такие чертовски страстные поцелуи.

— Всё это была игра, — проворчал Гриффин.

— Так ли? — Лэнс поднял брови. — С того места, где я стоял, это было совсем на это не похоже. Забудь о своём дерьме. Мы лучшие друзья. Я не хочу потерять тебя. Правда… — его челюсть сжалась. — Я действительно забочусь о тебе, ясно? Вот я и сказал, — Лэнс улыбнулся. — Я благодарен тебе за всё, что ты для меня сделал. Я хочу видеть тебя счастливым. Сара — единственная для тебя. Не позволяй тому, что произошло между ней и мной, встать на пути у вас двоих. То, что у вас есть — это настоящее.

Гриффин не знал, что сказать.

— Если ты позволишь ей уйти. Если ты повернешься к ней спиной, то пожалеешь об этом. Поверь мне, — на его лице отразилась обида.

Гриффин кивнул.

— Тебе лучше вернуться туда и молиться, чтобы она была понимающей и всепрощающей. Ты отлично справляешься с тем, чтобы всё испортить.

— Да, я знаю.

— Пошли, — он похлопал Гриффина по плечу. — Чёрт с тобой, — сказал его лучший друг, прежде чем обнять его.

Гриффин не смог удержаться от улыбки и обнял его в ответ.

Почти сразу же, как Лэнс схватил его, он отпустил Гриффина.

— Не смей никому говорить, что я это сделал, — прорычал он, притворяясь сердитым.

— Мужские объятия вполне приемлемы, — Гриффин улыбнулся.

— Ну и хрен с этим, — ухмыльнулся Лэнс. — Удачи тебе. Тебе она понадобится, — он усмехнулся.

Гриффин нахмурился. Он здорово облажался. Оставалась надежда, что Сара сможет простить его за то, что он был таким мудаком. Лэнс был прав в том, что он был кретином и придурком. Однако он планировал сделать всё, что в его силах, чтобы загладить свою вину перед ней.

*****

— Полегче с ним, Чопорность, — крикнул Лэнс, как только Гриффин закрыл дверь перед ухмыляющимся вампиром.

Гриффин повернулся, его темные глаза смотрели на неё. Казалось, он занимает весь коридор. Как и в одном из её дрянных любовных романов, её колени действительно ослабли. На нём были кожаные штаны, облегающие его мощные бедра, кожаный жилет оставлял его руки, бугрящиеся мышцами, обнажёнными. Лэнс был прав: его пятичасовая щетина больше походила на неряшливую бороду, а под покрасневшими глазами были тёмные круги. Волосы Гриффина тоже были слишком длинными.

Но он всё ещё был чертовски сексуален, и прямо сейчас её бесило, что она вообще это заметила. Он вёл себя, как полный придурок. Они стояли, уставившись друг на друга, в течение нескольких секунд.

— Это правда? — наконец спросил он, прежде чем сделать шаг к ней.

— Что правда? — она решила прикинуться дурочкой.

— Ты меня любишь? — его голос понизился на несколько октав, а глаза словно потемнели.

Она поджала губы и уставилась куда-то поверх его плеча. Сейчас его взгляд был слишком напряжённым.

— Я не должна, — наконец выпалила она.

— Что не должна? — прорычал он.

— Мне на тебя наплевать. Я не должна любить тебя.

— Значит, ты всё-таки любишь меня? — он сделал ещё один шаг вперёд, который привёл его прямо в её личное пространство.

Сара сделала шаг назад.

— Я не должна, — она уперла руки в бока. — Ты не встретился со мной, когда мы вернулись. Ты позвонил мне один раз за последние десять дней. Звонок длился всего тридцать секунд.

— Я проверял, всё ли с тобой в порядке.