«Да пусть и так, с голограммой, которую можно потрогать, – думал он. – Почему бы не появиться строгому дяде в форме и прямо не заявить: «Немедленно покиньте запретную зону»? Так ведь нет, выбрали образ давно умершей девочки. Какой-то Древний Египет устроили – Сет, Ра. Отправили искать другую цивилизацию, прогнали фактически».

Так и не найдя для этого разумных причин, Олег решил оставить поиск решения на потом и отправился умываться и завтракать. Когда после завтрака он вошел в отсек управления, то сразу понял, что все его умозаключения никуда не годятся.

На главном экране он увидел Землю. Не белый шар, а обычную Землю. С голубыми океанами и зеленовато-бежевыми материками, в белых хлопьях облаков.

Олег зажмурил и снова открыл глаза.

«Может мне все это просто приснилось? – подумал он. – Или это последствия анабиоза?»

Он уселся в кресло главного пилота.

«А может я до сих пор в нем? И никаких двухсот лет не было?» – пришла ему в голову обнадеживающая мысль.

– Компьютер, вчера Земля была такой же, как сейчас? – спросил он.

– Нет. Произошло изменение.

– Когда оно произошло?

– Информации не имею. Задача наблюдения за Землей не ставилась.

– Ставлю такую задачу. Наблюдай вид Земли круглосуточно.

– Выполняю.

– Теперь у планеты есть какие-то отличия от прежних земных?

– Физических нет. Технические: нулевой фон в диапазоне радиоволн, отсутствие околоземных искусственных объектов.

«Ладно, это наверно результат двухсот лет развития», – подумал Олег.

И он решил полететь на катере снова. Все слова и предупреждения, которые ему говорила «голограмма» Жени, он списал на счет защитной программы белой сферы, а ее теперь уже не было.

Да, Земля уже не была белым шаром, но и той привычной Землей, которую он знал, она тоже не была. Олег стал подозревать неладное еще когда покинул корабль и окончательно в этом убедился, спустившись на катере ниже уровня облаков.

Земля внизу была словно в первобытные века человечества. Никаких городов, дорог, засеянных полей не было. Только девственная природа – горы, леса, реки.

Когда под катером запестрели разнотравьем южнорусские степи – знакомые ему места, Олег спустился еще ниже и почти сразу же увидел появившийся из-за холма двухэтажный домик с большим яблоневым садом посреди широкого луга. С начала полета это был первый увиденный им объект, сделанный человеком.

Дом показался ему знакомым, но Олег не мог вспомнить, где его видел. Наверно потому, что смотрел на него сверху. Он посадил катер на лужайку перед домом и открыл дверь кабины. Теперь дом он узнал, так как не раз в нем бывал. Это была дача профессора Ракитина, деда Жени и его общественного опекуна. Правда она не должна была находиться здесь, он это точно помнил.

Из дома вышел седовласый человек в очках и домашней одежде и пошел ему навстречу, раскинув в стороны руки.

– Олег, вот гость дорогой, – радостно произнес он. – Я уж и забыл, когда тебя видел. Садись, – показал он на стол возле дома, – будем чай пить.

Изумленный Олег узнал профессора Ракитина. За двести прошедших лет он, как и Женя, нисколько не изменился.

«Может люди теперь по триста лет живут?» – растерянно подумал Олег и сел в плетеное кресло возле стола.

Профессор устроился в таком же кресле напротив и стал наливать себе в чашку чай из большого фарфорового чайника. С его лица не сходила улыбка. Налив чай, он стал его пить.

Олег глянул в чашку, стоявшую перед ним на столе. В ней уже был чай. Рядом стояло блюдце с пирожным и лежала чайная ложка. Словно хозяин дома знал о его визите.

– Дядя Коля, а Вы что, меня ждали? – спросил Олег.

На лице Ракитина отразилось замешательство, он перестал улыбаться.

– Ждал? Я тебя? – растерянно произнес он и замер.

Казалось, он к чему-то прислушивается. Через секунду улыбка снова озарила его лицо.

– Ну конечно ждал, конечно ждал. Давай пей чай. И фрукты ешь, – показал профессор на вазу со спелыми яблоками. – Я тебе тут еще их приготовил, дома поешь.

Ракитин вытащил из-под стола наполненный бумажный пакет.

– Дома? – горько усмехнулся Олег и вздохнул. – Где он теперь, мой дом?

На несколько секунд профессор снова пришел в замешательство, не поняв, что вопрос Олега риторический.

– Где твой дом? … Где же твой дом? – рассеянно произнес он, растягивая слова и словно о чем-то размышляя. И снова заулыбался.

– Твой дом там, где ты захочешь. И какой захочешь. Можешь даже менять его хоть каждый день. Теперь так можно. На Земле многое изменилось, пока тебя не было.

Ракитин пристально взглянул на мальчика.