Впервые, с тех пор как моя жизнь остановилась, я чувствую предвкушение от встречи. Встреча в минувшую субботу была неожиданной и незабываемой. Сегодня вечером все будет иначе.

Сегодняшний вечер спланирован.

Сегодня вечером эти голубые глаза будут смотреть на меня из-под голубой атласной маски, и я буду готов к тому, что должно произойти.

– Гсподин Сантана? – вопросительно обратился ко мне Маркус, вырывая меня из потока мыслей.

– Да.

– Я полагаю, Дороти ждет вас в бурбон-баре. Также меня предупредили, чтобы я ожидал вашу гостью в следующие полчаса.

Мою грудь распирает, когда я наполняю легкие. Это означает, что Мойра ничего не отменила.

– Все верно, - подтверждаю я. – И Дороти должна проводить ей на третий этаж. Никаких остановок по дороге.

– Да, Сэр. Мы готовы и...
– когда Маркус не заканчивает предложение, я приподнимаю бровь.
– Сэр, я хотел сказать: хорошо, что вы вернулись.

Я киваю, бросив еще один взгляд на внушительное большое здание.

– Как хорошо вернуться, Маркус. Позаботьтесь о моей девочке, когда она приедет.

Его темные глаза под маской широко распахиваются, когда я понимаю, что только что сказал.

Моя девочка.

Откуда это пришло?

– Да, Сэр, - отвечает он, спасая меня от того, чтобы взять свои слова обратно или пуститься в объяснения.

Поднимаясь по большим ступеням, я позволяю осесть в себе понимание того, что назвал ее моей девочкой. Я даже не знаю Мойру, вернее, не совсем. Я знаю, что ее голубые глаза возбуждают. Я знаю, что ее непричастность к такому образу жизни для меня, как наркотик. На прошлой неделе мне досталась лишь малая доза, и с тех пор мое тело жаждало большего. Я понимаю, что это проявление покровительства и, возможно, мужской шовинизм с моей стороны считать ее своей, но, тем не менее, она согласилась вернуться в этой место – ко мне. Она, может быть, не является моей в полном смысле этого слова, но на прошлой неделе я заклеймил ее, и на этой неделе я планирую зайти дальше.

Нижнее белье, которое я послал ей, бело-голубого цвета и возмутительно минималистично.Бюстье-корсет не имеет чашечек: ее идеальная грудь будет едва прикрыта кружевной окантовкой. Нижняя кромка доходит до талии. А едва присутствующие трусики состоят из прозрачного треугольника, прикрывающего лишь ее золотистые завитки. Вся ее подтянутая попка будет полностью обнажена, готовая к своему первому удару стека.

Моя рука тянется к пряжке ремня, и я представляю, как кожаная полоска касается ее безупречной кожи. Подвязки от кромки бюстье крепятся к эластичной резинке чулок.

И я приказал ей надеть черные туфли на высоких каблуках, которые были на ней на прошлой неделе, также я дал указание, как она должна уложить волосы. Светло-голубая атласная маска - завершающий элемент ее образа.

Мойра, возможно, не в курсе, что представляют собой цвета, но Дороти знает.

Когда она увидела маску, то бросила на меня вопросительный взгляд.

Утро четверга.

– Господин Сантана, принятие статуса пары должно быть обоюдным решением.

– Мойра приняла мое приглашение. Со временем она поймет значение этого цвета. Тем временем, в мои намерения не входит позволить другим мужчинам делать предположения по поводу ее статуса, который мог бы поощрить их интерес или привлечь внимание.

– Мойра - красивая женщина. Я почти уверена, что она заслуживает внимания, особенно в этом плане, - она указала на содержимое коробки.

– Загляни глубже.

Дороти откинула нижний слой папирусной бумаги и увидела длинную белую накидку с голубой отделкой, которая соответствовала по цветовой гамме нижнему белью и маске. Она ухмыльнулась.

– Кажется, всё продумано.

– Я хочу убедиться, что она чувствует уверенность в себе. Как известно, такой образ жизни требует силы с обеих сторон. Меня не интересует саба, которая ищет то, что я не хочу давать.

Мне нравится предоставлять контроль и доминировать. Причинение боли ради удовольствия - моя специализация. Также я хочу видеть рядом женщину, которая любит подчиняться, не теряя своей личности, женщину, которая может отделять личное от остальной жизни, женщину, которая уверена в себе каждый день, не только в спальне, но и в клубе.

Унижение сабмиссива не относится к тому, как я привык действовать. В моем прошлом не было чего-то вроде «золотого дождя» и не будет в будущем. Это не значит, что я не накажу ее, когда это будет оправдано. Тем не менее, я предпочитаю чувственную женщину, предоставленную для моего удовольствия, принимающую удар ремня или стека, а также ту, которая выдержит зажимы, пока ее разум и тело не будут полностью сосредоточены на мне. Вот тогда я смогу вознести нас обоих до невозможных высот.

– Господин Сантана, не без основания Вы хороши в том, что делаете. Вы умеете чувствовать, чего хочет женщина. Очень жаль. Возможно, если бы я была в белой маске, когда мы встретились... – сказала Дороти.

Улыбка появилась на моих губах, когда я поднес руку к ее рыжим волосам.

– Прекрасная Дороти, я не верю, что даже бело-голубое одеяние и рубиново-красные туфельки скрыли бы твою невероятную силу. О твоей выносливости ходят легенды.

Она склонила голову.

– Как и о Вашей, Сэр. Я бы хотела попробовать. Вы можете представить себе, какой мы были бы парой?