Шрифт:
Из-за этого Корнеева мне весь вечер и всю ночь придется терпеть ее истеричный ор.
Она ведь с ним так и не встретилась.
– Что, мам?
– Она меня еще и не слушает, – возмущается родительница. – Говорю тебе, съезжай.
– Мам, ну мы сколько раз с вами уже это обсуждали? Мне нравится наша с Викой квартира. В двух шагах от института, да и у меня комната своя.
– Тетя Таня…
– Тетя Таня живет на окраине, у нее четыре кошки и однокомнатная квартира. Отбирать спальное место у хвостатых – плохая идея. Они мне потом по ночам в кроссовки мстить будут. Пока меня и здесь все устраивает. – Почти все, но маме об этом знать необязательно. – А ты чего звонишь-то?
Мы в такое время дня обычно не созваниваемся. Я на учебе, а она в делах домашних.
– Дожили, матери позвонить уже нельзя. Да это ты меня своими кавалерами с мысли сбила. Сейчас, подожди, вспомню. – Секундная пауза, и я слышу, как мама чем-то по столу стучит. – А. Дядя Валера послезавтра в город едет. Я с ним сумку тебе передам. Сметанки домашней положить? Папа на выходных из деревни привез.
Да кто ж от такого в здравом уме откажется?
Растягиваю губы в улыбке и мысленно расцеловываю маму в обе щеки.
Соскучилась. Недели три назад виделись, но как представлю, что мама сейчас у нас в кухне сидит и со мной по телефону разговаривает, то прямо ком в горле.
Краем уха услышала, что входная дверь открылась. Звук кинутой на пол сумки и тяжелые шаги.
Ох.
Зло вернулось.
Вернее, злая Звягина, хотя это иногда одно и то же.
– Мамуль, давай я тебе чуть позже перезвоню. Тут э-э-э… дела.
– Подожди. Забыла совсем. Там бабушка волнуется, что ты ей в «Одноклассниках» не отвечаешь. Дочь, напиши. Знаешь же, что у нее давление скачет.
– Да-да, напишу, – уже на автомате говорю я и слышу, что мама положила трубку.
Вдох-выдох.
Крепись, Туся. Помни, ты всегда можешь съехать и не слушать чужих истерик. Тетя Таня, мамина двоюродная сестра, постелит тебе между лежаками своих кошечек.
– О, ты уже дома. А чего так рано? – Вика падает на диван и… улыбается. Улыбается? Надо срочно проветрить квартиру. – Отпустили пораньше?
Твердым шагом прохожусь по комнате и открываю окно.
Да что происходит?
Я помню, как-то Звягиной сказали, что Корнеев в клуб собирается, который на другом конце города. Виктория моментально скинула с себя банный халат, отмыла глиняную маску с лица, волосы в косу завязала, нанесла четыре слоя тонального крема и на самых высоких каблуках в два часа ночи отправилась искать такси.
Вернулась она часа через полтора, сломанный каблук в руке, тушь по щекам размазана, и с криком, что она не успела, девушка начала звонить кому-то и кричать в трубку, мол, могли бы и раньше предупредить.
Как сами понимаете, следующие несколько дней Вика срывалась на всех, кого только видела. Досталось даже дворнику, который случайно ей на ноги метлу уронил.
А сейчас она улыбается.
– Ты чего такая веселая?
Вроде не пьяная.
– Туська, это лучший день в моей жизни.
– В смысле?
– В коромысле, Шведова.
Вика мечтательно закатывает глаза и встает с дивана, направляясь на кухню. Иду за ней, любопытство – все-таки порок, кто бы что ни говорил.
– Знаешь, мне кажется, что я еще больше в него влюбилась.
– В кого?
– В Суханова, блин. Шведова, не тупи, конечно, в Данечку.
Мои брови взлетают вверх, а мозг ничего не может сообразить.
– Так ты его нашла?
Сажусь за стол и зачем-то начинаю проверять телефон.
– Конечно. А ты мне не верила, что я смогу его добиться.
– Да я не то чтобы не верила…
– Я помню все твои взгляды и подколы. А у меня раз, и начинает получаться.
Я непонимающе смотрю на нее. Вроде не врет – глаза не бегают.
Вика засмеялась и в своей манере начала стягивать с себя платье. Прямо на кухне.
– Да что у тебя получилось?
А главное, как?
Вика убежала. Корнеев остался со мной. Но потом он ушел. И…
– Хотя бы то, что мы наконец-таки смогли вдвоем побыть. Поговорить.
– Поговорили?
Да я представляю, как они там разговаривали.
Вот бабник.
Не зря я его послала. Права мама, что нужно всегда слушать свой внутренний голос. А он меня как раз и убеждал, что надо быть осторожнее.
– Вот пристала. Поговорили. Правда, недолго, ему потом кто-то позвонил, и он уехал. Но…
– Что?
– Тусь, я теперь его еще больше хочу.
10
Утро меня встречало ароматом чего-то вкусного. Даже показалось, что я еще сплю или вообще ночью телепортировалась домой, где заботливая мама уже вовсю готовит мой любимый завтрак.