— Не-а! Не отстала. У меня к тебе встречный вопрос: если я помогу тебе, можно ли мне рассчитывать на твою поддержку?

— ТЫ?! Поможешь МНЕ?! А ты удивляешь меня все больше и больше! Но КАК?

— Я думаю, что знаю, где твоя любимая, если ты не смог найти ее ни на земле, ни за Завесой, — лукаво подмигнула я.

Дракон заходил по картине туда-сюда, раздраженно махая хвостом. Картина двигалась за ним. Однажды я даже увидела таких же, как он драконов. Неужели он такой не один?

— Я не понимаю, как ты можешь помочь мне? Вижу, что не обманываешь, но никак не пойму… А если я тебе не смогу помочь? — прозвучало после бормотания и паузы.

— Вот как значит? Но ты же Бог, да еще и высший! Ты же все можешь! — хорошо, что я уже сидела, а то мне что-то захотелось лечь. Как-то вмиг я обессилела, и апатия поглотила меня с головой. Не может быть, что бы даже он не смог мне помочь!

— А что конкретно ты хотела, что бы я сделал?

— Да не знаю я! Лишить меня любви, совсем! — в сердцах закричала я.

— А остальные пусть мучаются?

— И остальных тоже лишить! Ну, любви ко мне.

— И тогда ты будешь чувствовать себя счастливой? — ехидно поинтересовался Бог.

— Нет… — растерянно протянула я.

— Я бы и хотел тебе помочь, но не могу! Можно заставить человека любить на время, можно и заставить разлюбить, но если чувства истинные, то тут даже Боги бессильны. Я могу заглушить, но не убрать совсем. А теперь представь, что ты спишь с мужем, а произносишь имя запавшее в твою душу, сердце или куда там еще! Нехорошо, правда? Поэтому ты для себя сама должна решить, что ты хочешь от жизни, кто тебе настолько дорог, что ты не сможешь и дня прожить без него. Судьба каждого человека в его руках! Да, Боги иногда корректируют ее по своему желанию, но люди в силах изменить любое их решение. Для этого им дана капля моей крови.

— Поняла. Бросаешь меня, и помочь не хочешь. Воля твоя, — обиделась, и весьма справедливо, я. — А кто там ходит? Я видела таких же, как ты…

— Это высшие Боги в других мирах, но тебе об этом знать не положено…

— А как туда попасть? Ну, в другие миры? — мои глаза уже загорелись жаждой приключений!

— Тебе там делать нечего, ты здесь уже такую кашу заварила, все законы нарушила и продолжаешь нарушать!

— Ты же мне когда-нибудь о них расскажешь? — с надеждой спросила я.

— Когда-нибудь…

— Хорошо, — если он надеется, что я забуду, то он глубоко ошибается! — А почему ты не спрашиваешь про любимую?

— Я думал, что если ты не скажешь, сам в твоих мыслях прочитаю.

— Не надо, я и так скажу! А то у меня итак не голова, а двор проходной — лазят все, кому не лень! Да и не зверь я, что б мучить живое существо! А твоя красавица смотрит на людей каждую ночь и ждет, когда же ты ее найдешь! Если бы ты только не отвернулся от всего мира, то вы бы обязательно встретились! Ее же Роннис зовут, верно? Она обратилась Богиней луны.

Дракон сначала глянул на меня, потом его взгляд стал рассеянным и опять сфокусировался на мне. Обернулся темноволосым зеленоглазым парнем, кинулся меня обнимать, чмокнул в щечку и со словами: «До конца жизни буду тебе благодарен!» — исчез. И только после этого я сообразила, что он был не в книге, а скорее в моем сознании и, материализовавшись, исчез. Кому рассказать — не поверят!

А главное, мне он так и не помог, только еще больше запутал! Что б ему… счастливо жилось!

В ту ночь луна светила ярко, как никогда! И я порадовалась тому, что хоть кто-то счастлив. А мне, паразит, он не помог, даже свадьбу не отменил.

«Вот явился бы перед алтарем сам Созидатель и сказал, что свадьбе не бывать! Кто бы с ним поспорил? Правильно, никто! А он смылся к своей Роннис! Есть ли хоть один хороший Бог или они все преследуют исключительно свои цели!» — ворчала я про себя, пока шла примерка платья.

— Ани, лапочка, свадьба — это радостное событие, а тебя выражение лица в самую пору для похорон или для убийства, — погладила меня по щеке мать. — Смотри, какое замечательное платье, нежно-розовое. Знаешь откуда материал?

— Нет, мам, — покорно поддержала я разговор.

И дальше пошло повествование о происхождении материала, о мастерах его создавших, о его пути и прочее, прочее, прочее. Но вдруг мама замолчала, а девушки, осуществлявшие примерку, тоже замерли. Они все внимательно смотрели на мое платье, которое я по научению Бланы смогла окрасить в черный цвет.

— ЛИА! — наконец пришла в себя мама. — Прекрати это немедленно! И не смей такое повторить в день свадьбы!

— Хорошо, мам.

— Вот и славненько! А сейчас ты улыбнешься и никто не заметит твоей грусти! — и шепотом добавила: — да и моей тоже.