Однако их жестами остановил один из попаданцев. Снова начались рисунки да игры в межрасовый Крокодил. В конце концов гоблинам дали понять, что дань — это, конечно, прекрасно. Но тащить её на своих двоих незваные гости не собираются. Поэтому и повозки добавляются в список даров. А что поделать? Смена крыши процесс затратный. Пересмотр тарифов часто бывает.

Вскоре по рядам прошла новость:

— Идем в город. Не расслабляться.

Снова марш по жаре и с полной выкладкой. Илья ещё к тому же взял на себя часть вещей Ньяля, который пока не оправился. Плёлся бледный и с огромными синяками под глазами.

"Итак, прикинем". — Герасимов решил обмозговать увиденное и личный опыт вонзалова. — "Все можно разделить на три, как говорится, игровые механики. Поединки один на один, массовый, но манёвренный бой или заруба небольших

групп и строевой бугурт. Для каждого дела требуются как специфические навыки, так и подходящая снаряга. Все это надо тренить".

— А вот и н-наш Гоблинбург… — произнес Алу, смотря в бинокль.

— Дай глянуть.

Илья с трудом устроил щит, фальшион и копьё в одной руке, чтобы припасть к оптическому прибору.

По-хорошему не город, а скорее гоблинский поселок городского типа. Однако по местным меркам, может быть, локальный мегаполис. Невысокая глинобитная стенка, а за ней крыши хижин. Вокруг этого — предместья: множество мелких домишек у распаханных полей или зелёных огородов. Низкие плетеные изгороди, какие-то жерди, гуляющие куры и свиньи.

— Еда у них есть.

"А вот захотят ли они ее отдавать?"

Когда отряд приблизился к городу, стало заметно, как сотни гоблинов украдкой наблюдают за людьми. Большая часть пряталась в огородах. Лишь редкие гоблины: самые смелые или самые глупые, стояли открыто.

К городу уже вела какая-никакая дорога. Идти стало проще, но и пыли прибавилось.

— Интересно, сколько мы здесь? — спросил Антон.

— Около восьми часов. — ответил Ньяль.

"А ощущений на целый месяц".

Спину уже конкретно ломило, а тело страстно желало чего-то мягкого.

И наконец армия заходит в город. Узкие улочки вынуждают колонну медленно втягиваться внутрь. Все это время люди стоят у стен, свалив рюкзаки. Со всех сторон смотрят туземцы. Пялятся из-за кустов и плетёных оград.

— Нам тут ещё час торчать. — со скукой вздыхает Барон, а затем в его глазах появляется нехороший блеск. — Может пойдём, свежего поедим?

— Это куда? — спрашивает Герасимов.

— Туда. — татуированный указывает на небольшую хижину через огород.

— Н-не боишься на нож нарваться? — с сомнением возражает Алу.

— А пойдём.

Все же эти гоблы не тупые, и не берсерки типа орков, которые умерли, но не сдались. Тот, у рюкзаков, сразу лапы кверху поднял. А нарываться на двоих чужаков в присутствии целой их армии?

Двое человек перемахнули через невысокий забор. Барон в одной футболке и с фальшионом на плече. Илья с мечом, в кольче и с легендарной Финкой.

Огород. В нем какие-то зелёные посадки не очень понятного свойства. Репа? Или какой-нибудь корень золотой мандрагоры?

Барон прёт прямо через огород к хижине. Никакого уважения к чужому труду. В хижине точно кто-то был. Мелькали в окошке силуэты. Теперь спрятались, а Барон ломится туда.

"Правильно, иди первый, а я за тебя отомщу".

Рука сама тянется к оружию. Но если достать, то местные могут абсолютно логично решить, что мы не закусить пришли, а совершить смертоубийство. И вот фиг знает, что они тогда выкинут.

Барон заходит. Спина, покрытая рунами и черепами, скрывается в тени.

Шума драки нет, значит можно заходить.

"Прям и обирать их жалко".

Внутри глинобитная хижина, покрытая соломой, оказалась размером с комнату однушки. Темно. Сквозь узкие оконца света попадало совсем немного. Все убранство из глины или дерева. Пахло чем-то кислым.

— Брось нож, я же тебя сейчас убью.

Голос Барона, такой "добрый" и ласковый. В шагах двух с половиной от него мелкий гоблин со светло-зеленой кожей. Подросток, что ли? Держит на вытянутой руке короткий широкий ножичек. Человек уже снял с пояса фальшион, а второй рукой пытается показать, мол, бросай.

Не бросает, но и атаковать боится. Цирк этот надо было заканчивать.

Илья мечом владел от слова никак, но имелось в хижине подходящее оружие.

Гоблиненок пискнул, прижатый к стене стулом, а Барон выбил нож.