Чтобы ни у кого не оставалось сомнения, с какой целью она пытается завладеть поросёнком, мрачная личность вытаскивала из кармана громадный нож и вилку, тарелку и банку с горчицей и, плотоядно облизываясь, раскладывала всё это на салфетке.

Несчастный поросёнок, видя эти ужасные приготовления, весь трясся, забившись в угол у крыльца, и, когда злодей пытался его схватить, кидался прятаться в свой домик.

Зрители с волнением следили за погоней: поросёнок выскакивал через заднюю дверь, обегал вокруг домика и снова вскакивал через крыльцо, а преследователь, подвывая от злости, носился за ним, вытягивая длиннющие руки, и никак не мог его поймать.

Но тут на подмогу долговязому злодею являлось двое помощников — настоящих разбойников, в чёрных очках и с толстыми суковатыми дубинками в руках. Они потихоньку подкрадывались и становились у обоих выходов, заранее подняв свои ужасные дубины над головой.

Загнанный, затравленный поросёнок сидел притаившись в домике. Долговязый злодей, потирая руки, неторопливо прокрадывался в дом и минуту спустя в бешенстве оттуда выскакивал. Поросёнок исчез!

Все трое бросались внутрь, перерывали весь дом, вышвыривали мебель, телевизор, большой тюфяк Коко и его большую подушку с одеялом и маленький тюфячок поросёнка с маленькой подушечкой и одеялом. Поросёнка нигде не было!

Весело напевая, возвращался с базара Коко, помахивая корзинкой, откуда торчали морковка и лук, и застывал в ужасе, увидев разгром. Прежде чем он успевал опомниться, разбойники накидывались на него сзади, прикручивали верёвкой к стулу, так что он не мог пошевелиться, и, угрожая дубинками, требовали, чтобы он указал, куда спрятался поросёнок.

Коко горделивой и презрительной мимикой показывал, что он не боится угроз и презирает злодеев. Взбешённые разбойники приносили чёрную круглую бомбу, клали её под стул, к которому был привязан беспомощный Коко, и, заранее ликуя, поджигали фитиль. После этого они с трусостью, характерной для всех злодеев, отбегали в сторону и, повернувшись спиной и заткнув уши, ждали взрыва.

Совершенно неожиданно освещался экран вытащенного из домика телевизора, и на нём возникало смутное изображение поросёнка. Коко был удивлён и растроган: он грустно прощался с милым изображением, напоминающим ему о прежних счастливых днях. Но тут бумажный экран лопался, и сквозь него просовывалась хитрая морда поросёнка. Он боязливо осматривался и выпрыгивал из ящика телевизора, куда ловко спрятался во время разгрома.

Сразу оценив угрожающую другу опасность, он смело хватал зубами бомбу и мчался с ней к злодеям, ожидавшим взрыва. Мгновение, и бомба подложена под злодеев! Поросёнок опрометью мчится обратно! Ба-бах! Бомба с треском и дымом взрывается! Злодеи высоко подпрыгивают и падают плашмя на землю, дрыгая ногами и руками. Морально подавленные неожиданным взрывом, они понимают, что им ничего не остаётся, как убежать за занавес, выражая своё отчаяние прыжками и визгливыми воплями.

Только один долговязый злодей вне себя от злобы, корчась от ненависти, зловеще шурша и даже как-то весь перекосившись набок, ещё пытается схватить поросёнка. Но тут Коко, ловко освободившись от верёвок, подхватывает громадную спринцовку, и сильная струя воды ударяет прямо в нос злодею!

Тот бросается бежать, громко шурша, скрежеща зубами от бессильной злобы и извиваясь, точно его качает на сильном ветру.

Зрители в восторге: они уже догадались, что в этой борьбе самое главное суметь облить врага водой, потому что желтоволосый тощий злодей просто трясётся от одного вида спринцовки.

Следом за злодеем, бегающим по кругу, с отчаянной смелостью кидается поросёнок! Он настигает своего мучителя и вырывает у него из-под долгополого пальто… клок соломы! Под несмолкаемый хохот зрителей поросёнок мчится за негодяем, стараясь отхватить побольше соломки из его туловища; победоносно хрюкает, солома клочьями летит во все стороны; поросёнок трясёт головой, отплёвывается и снова норовит оттяпать соломки!..

Всё кончалось тем, что укрощённое соломенное Чучелище под угрозой спринцовки послушно отплясывало, по-бабьи помахивая над головой платочком, время от времени злобно огрызаясь и скрежеща соломенными зубами, так что ребятишки в публике помирали от хохота.

А после того как посрамлённый, поникший и раскисший злодей понуро удалялся, Коко снова брался за скрипку, а поросёнок в восторге вскакивал на дыбки, маршировал и дудел в рожок мотив песенки своей скромной мечты…

Так повторялось из вечера в вечер, на каждом представлении… Но вот однажды, когда тысяча четыреста девяносто пять мальчиков и тысяча пятьсот пять девочек, шаркая ногами, толпились в проходах, со смехом расходясь из цирка, за кулисами, в длинном коридоре, где расположены конюшни, ослятники, слоновники, зебрятники, тигровники и гиппопотамники, словом, стойла для всех цирковых животных, раздался отчаянный поросячий визг. Поросёнок Персик с разбегу влетел в уборную, где сидел, смазывая с лица грим, клоун Коко, и, жалобно повизгивая, показал три капельки крови, выступившие на розовой гладкой коже в задней части туловища.

— Ах, бедняжка! — сокрушённо воскликнул Коко, сочувственно почесав поросёнку ушки. — Ну, я ему сейчас покажу!

Он схватил спринцовку и выскочил в коридор. Поросёнок, перестав хныкать, любопытно просунул нос в щёлку двери и стал подглядывать, что будет.

Коко догнал долговязое Чучелище в тот момент, когда оно пыталось спрятаться за угол загородки для слонов.

— Ну-ка, отвечай, дрянное ты Чучелище, — строго сказал Коко, — отвечай, зачем ты уколол вилкой бедного поросёнка? Что он тебе сделал? Чучелище закачалось, зашуршало и пробурчало виновато, но злобно: