Шрифт:
Он мог бы и дальше предаваться фантазиям, но нужно было спешить на работу. Приведя себя в порядок, Платон застегнул чёрные джинсы, надел черную футболку с принтом пумы, и сунув ноги в кроссовки, отправился в путь.
Тем временем Есения уже давно была на работе.
Разгребая утреннюю почту, она сортировала письма. Конвертик к конвертику, чтобы получались аккуратные стопки. Работа была не пыльная, платили весьма достойно, а потому Есеньке нравилось её место.
В течение дня босс подкинул молодой сотруднице ещё пару десятков разноплановых задач, поэтому Есения с нетерпением ждала вечера, когда они наконец встретятся с Платоном, и можно будет передохнуть от тяжелого рабочего дня.
Когда вечером она вышла к памятнику Маяковского, Платон уже ожидал её возле монумента.
– Здравствуй, – пристально глядя на Есению, произнес Платон, – как ты сегодня?
– Пфффф, устала как собака, – обнимая его, Есеня почувствовала давно забытое чувство умиротворения. – пойдем, посидим где-нибудь?
– Конечно, – поддержал её Платон, – тут есть рестик неподалеку, пойдем, покажу.
Он шёл чуть позади, наблюдая, как бедра его женщины плавно покачивались из стороны в сторону, возбуждая определенный интерес.
– Ах ты ж чёрт, как хороша! – прошептал Платон, хищно зыркнув на юную красавицу. К счастью, Еся не услышала этого пошлого выпада, и молодые люди продолжили свой путь.
Ужин был в самом разгаре. Принесли креветки, какой-то непонятный гарнир – Еська так и не поняла, что это, но было вкусно, и бутылочку белого винца. Платон ухаживал за дамой сердца, периодически освежая их бокалы.
После третьего Есения заметно повеселела и потянула Платона в центр зала.
– Эй, ну что ты тормозишь! – прикрикнула она, – я с детства помню, что ты чудно танцуешь!
Платон и впрямь чудесно владел своим телом, даже несмотря на то, что с момента посещения танцевалки прошло уже без малого 19 лет.
Он встал и подал Есении руку. С азартом глянув на своего кавалера, Еська приняла приглашение, и пара закружилась в страстном ча-ча-ча.
– Ничего себе! – восхитилась женщина, – столько лет прошло, а ты всё-всё помнишь!
– Нутк, – в усы усмехнулся блондин, крепче сжимая руку возлюбленной в своей.
Присутствовавшие в ресторане замирали один за одним, глядя на эту, без сомнения, талантливую парочку. А когда ребята закончили и шутливо поклонились, зал разразился аплодисментами, кто-то даже кричал «браво!» и «на бис!»
Вернувшись на свои места, ребята подозвали официанта, чтоб он подал кувшин с водой. Пить после такого внезапного экспромта хотелось так, словно они неделю брели по пустыне. Утолив жажду, Платон вдруг взял Есению за руку.
– Пожалуйста, – запинаясь, начал он, – давай побудем сегодня подольше вместе.
Женщина удивленно вскинула бровь.
– Вообще-то, – заговорщицки подмигнула она, – сегодня я совершенно свободна.
Платон понял, что это значит. Заметно успокоившись, он вновь освежил Есин бокал вина и обновил свой.
Когда они вышли из ресторана под аплодисменты посетителей, предварительно исполнив ещё и самбу, Платон достал мобильник и вызвал такси.
– Нег..гоже нам в так..ком виде…и-ик..в метро тащ-щиться. И-ик!
И Есения была совершенно согласна со своим партнёром.
Глава 9
На город плавно опустилась ночь.
Платон и Есения решили чуть проветриться, поэтому отпустили таксиста за пару кварталов от дома мужчины – в том самом месте, где они когда-то, в далеком прошлом, катались на роликах…
Сплетая руки, они обнимались посреди бульвара и целовались на виду у немногочисленных наблюдателей, которым так же не спалось этой летней ночью.
– Еська, Есения… Е-се-ни-я… какое же у тебя красивое имя, девочка моя, – прошептал Платон на ухо женщине, жадно впиваясь в её манящие губы. Поддавшись порыву, Еся ответила на поцелуй мужчины.
«Надо же…» – пронеслось у неё в голове, – « пожалуй, этого стоило ждать 20 лет…как же он круто целуется!»
Само собой разумеется, что этой ночью выяснилось – круто Платон не только целовался.
– « Утро красит нежным цветом лица заспанных прохожих. А меня не красит утро! Я красивая попозже!» – подумала Есения, глядя на себя в зеркало на следующий день.
В отражении она видела растрепанную и счастливую рыжую красотку, чьи длинные волосы беспорядочно разметались по плечам. Спустя минуту в отражении появился и Платон собственной персоной. Мужчина заспанно потянулся, после чего прижал к себе Еську и чмокнул где-то в районе ключицы.
– Довооольная, – подшутил он над красавицей, – пойдём, завтрак стынет.