Шрифт:
Ближе к вечеру от строителей приполз Макс. Он был весь в пыли и едва передвигал ноги. Я обрадовала его, доложив, что Богдан принес ему раскладушку и матрас. Макс криво и вымучено ухмыльнулся и поплелся принимать душ.
Вскоре он зашел ко мне, и протянул новое полотенце.
– С белочками, как и просила, – доложил он. – Еле нашел.
Я не удержалась и сразу рассказала ему, что Богдан возил меня в галерею к Дарине. И что мы идем на открытие выставки. Макс настороженно и недовольно уставился на меня:
– Ты там поаккуратнее. Знаю я эти выставки – море виски, разврат, случайные связи и даже наркота.
– Тебе-то откуда об этом известно? Сам говорил, ты не их поля ягода, на такие тусовки не ходишь.
– Раньше ходил, – буркнул Макс. – Не нравится мне эта затея.
– А что, твой Богдан развратник и аферист? Пока я за ним ничего такого не заметила.
– Ты с ним когда познакомилась? Вчера. Нельзя быть такой доверчивой.
– Так вы друзья или нет? – продолжала допытываться я.
– Друзья. Просто будь осторожнее вообще, и на вечере в частности. Хорошо?
Заботливый у меня новый сосед. Блюдет мой моральный облик. Хотя это совсем не плохо.
– Ты уже ужинала? – поинтересовался Макс.
– Нет, некогда.
– Тогда я пожарю нам яичницу. Идет?
– Да, буду очень благодарна, а то мне надо закончить работу.
Как же приятно, когда за тобой ухаживают! Только сейчас поняла, что голодна как волк, давно надо было перекусить.
Я вернулась к портрету – необходимо окупить затраты на этот званый вечер. Платье, маска – все стоит денег. Зато потом, возможно, появятся новые заказы. Работа спорилась. Серый мужичок на глазах превращался в благородного лорда.
Резкий запах гари проник в комнату и вернул меня с заоблачных высот на грешную землю. Пожар?! Я услышала, как Макс извергает проклятья и распахнула дверь. Коридор был задымлен. На вопли Макса выскочили дядя Саша и Валя, из-за двери опасливо выглянул Олежка, но мать сердито загнала его обратно. Мы сломя голову бросились на кухню.
Посреди нее, как шаман с факелом, кружился Макс с горящей сковородой. Черный дым клубами поднимался от нее к потолку и оседал на побелке копотью.
– Только не в раковину! Маслом брызнет! – завопила Валя.
– И не на пол! Плитка лопнет! – заорал дядя Саша.
– Знаю! Сейчас должно прогореть! – заверил Макс, продолжая вертеться по кухне и, очевидно, ища место, куда пристроить сковороду, не причинив еще больше вреда. Горящее масло капало на кафель и оставляло жирные черные пятна.
Пламя начало опадать, и Макс в сердцах шваркнул сковороду на плиту, залитую маслом и заляпанную разбитыми перепелиными яйцами.
– Чудовище, откуда ты на нашу голову взялся? – вопросила Валя, вырывая у Макса из рук подгоревшую прихватку и в сердцах огрев его по спине полотенцем. – Думала, только мой Олежка обормот и бестолочь, а тут еще один такой же выискался. Как остынет, отмоешь плиту! И пол в порядок приведи. Как тебя вообще угораздило сковороду поджечь?
– Масло вспыхнуло, – оправдывался Макс.
– Так какого лешего ты его так нагрел? – не унималась Валя.
– Яичницу хотел пожарить, – вздохнул Макс и развел руками. – Не получилось…
Глава 8. Макс
Ближе к обеду я вошел в офис своего центрального клуба, просмотрел бумаги на столе, пообщался с замом, сделал несколько звонков, и велел подать мне кофе.
Секретарша Влада тихо открыла дверь в кабинет и грациозно проскользнула внутрь. Слегка покачивая бедрами, направилась ко мне, улыбаясь и игриво покусывая полные губы. Она поставила передо мной маленькую фарфоровую чашку. Влада облокотилась на стол, почти обнажив грудь в глубоком вырезе.
– Доброе утро, босс, – низким голосом проворковала она, вспорхнула на край стола и повыше поддернула и без того короткий подол облегающего красного платья. – Что пожелаете еще? Я скучала…
Она раздвинула ноги в чулках и эротично откинула голову, хищно улыбнувшись.
– Пожелаю, чтобы ты объяснила, как я едва не пропустил сегодня утром важную встречу. И не забывайся!
Я сдвинул ее ноги и согнал со стола. Она суетливо одернула юбку и приняла пристойный вид.
– Простите, Максимилиан Дмитриевич, обещаю, это больше не повторится.
Совершенно безответственная особа. Ясно, ей не до того. В голове ветер, в глазах похоть, в сердце жажда денег.
– Иди, работай, – отпустил я Владу.
На пороге она еще раз призывно оглянулась, печально вздохнула и покинула мой кабинет, даже не пытаясь срыть своего разочарования. Ничего, перебьется без внеочередной премии за секс с боссом.
И как только меня угораздило нанять эту девицу в качестве секретарши? Да, она красива, сексуальна, и все. Больше ничего. Работать секретарем она не умеет, да и не хочет. Влада вообще работать не хочет, и не скрывает этого.