– Если будешь себя хорошо вести. – пробурчал в ответ Митя.

– Анчутка будет хороший, послушный, анчутка все-все делать будет! – радостно затараторил из мешка домовик. – Добро вернулось… - и вдруг подавился лепетом, кажется, нырнув в горшок прямо там, в мешке.

Сзади дохнуло холодом и запахом раскопанной земли. Митя медленно обернулся.

На толстой ветке, сложив крылья, сидела рыжая мара – и пристально глядела на него жуткими глазищами.

– Зря ты ее отпустил. – выщеривая клыки, проскрипела она.
– Лучше б и вправду убил. Сразу бы второе условие выполнил. – она вдруг свесилась с ветки и ее обтянутая желтоватой пергаментной кожей физиономия оказалась прямо у Митиного лица. – Нежить ты упокоил – пора убить человека.

– Я… никого… убивать… не буду! – прямо в клыкастую морду выкрикнул Митя, запрыгнул в седло паро-коня, дернул рычаг и погнал автоматон прочь, слыша как в роще плещет крыльями рыжая мара и хрипло хохочет:

– Будешь, ой будешь! Куда ж ты теперь-то денешься!

Конец