– Благодарю за заботу. Я прогулялся по берегу, немного отвлекся – и мне существенно полегчало. – ответил Митя, очень, изо всех сил надеясь, что на лице у него не отражается ничего, кроме брезгливой снисходительности светского человека, беседующего с мужиком. – Услугу вот хочу вам оказать, Остап Степанович!

– Это какую же? – насторожился тот.

– Нам именье в порядок приводить надо, а у вас тут, смотрю, производство кирпичное? – он похлопал по штабелю. Едва слышное звяканье показало, что вот в этом штабеле вовсе не кирпичи. – Вы так любезно предложили: если что нужно – сразу к вам! – Митя старательно сохранял серьезное выражение лица – похоже, сейчас Бабайко многое бы дал, чтоб вернуть недавние слова обратно. – Вот я и подумал, что с отцом поговорю, и он…

– Сказать-то сказав, паныч, але ж… - бесцеремонно перебил богатей.
– Не роблю я кирпичей! То дело большое, денежное: земля нужна, и глина своя, и печи, и людишки… Мы уж по-простому: тут купил, там продал… Щиро дякую за милость, та навищо ж батюшку вашего беспокоить? Он человек занятой, над всей губернией полицмейстер.

– Начальник губернского департамента полиции! – сквозь зубы процедил Митя. Мужик безграмотный! Полицмейстеры перед отцом во фрунт тянуться и честь отдавать должны!

– Вот я и кажу! Як в должность-от войдет, куда уж имением заниматься? Жить-то вы, небось, на казенных квартирах, в Катеринославе станете… А имение, оно – у-у-у! – хлопот требует, хучь у кого з соседей спытайте.

– Думаю, отец наймет управляющего.

Подходить к деревенскому лавочнику не хотелось: в груди сжималось, в желудке стыл холодный ком и какой-то первобытный страх подталкивал следом за девчонкой рвануть меж штабелями, протиснуться в узкий лаз, обдирая сюртук… и бежать, бежать! Только вот светское воспитание для того и дадено, чтоб в отличии от простонародья, сдерживать звериные инстинкты. Митя неспешным шагом подошел к богатею и остановился напротив, поглядывая чуть свысока. Трости только не хватало, тростью бы сейчас еще так небрежно покачивать…

– Шо те управители, чистое разорение с них! Хто честной – тот глупой, а хто со смыслом – давно собственную выгоду уразумел, и гребет с хозяйского кармана двумя руками. Был один знающий да честный на всю губернию – паныча Ингвара братец, Свенельд Карлович… Ото – да, ну а шо вы хочите – немчин! – в голосе богатея прозвучало неприязненное уважение.

– Пока что я хочу выйти отсюда. Вы позволите, милейший? – высокомерно поинтересовался Митя.

Остап Степанович смолк… исподлобья уставившись на Митю.

«А ведь он хочет меня ударить» - подумал Митя. Если навалится всей массой…

– Шо ж я могу дозволять сынку такого большого человека? Прощенья просим, что дорогу застим. Это не подумавши. – с насмешливым поклоном отступая в сторону, пробасил деревенский богатей.

Митя надменно кивнул и шагнул из-за штабелей наружу. Закатное солнце выкрасило окрестности в красное – дом под железной кровлей казался залитым кровью, а черные, без единого огонька окна глядели на Митю – неотрывно и недобро.

– Так что насчет Свенельда Карловича? – небрежно поинтересовался он.

– Да ничего. –ответствовал Остап Степанович. От его присутствия за спиной словно сквозняк гулял по лопаткам. – Зараз у него свое имение, а второго такого управителя и не найдешь. А именьице-то ваше, не в обиду, вовсе разоренное, уж я-то знаю.

– Да-да… Вы его даже считали своим… как я понял из слов вашего сторожа в нашем имении.

– Тильки бережения ради… - процедил Остап Степанович и было ясно, что если с сынком полицейского начальника ему приходится держаться приличий, то сторож Юхим ответит за все.

Пустяк, конечно, а все равно приятно.

– Я бы и зараз то имение прикупил… за денежку малую. Бо много давать там нема за що! Его до ладу привести – больше грошей треба, ниж оно стоит. А батюшке вашему и гроши… и от хлопот избавиться.

– Это вы к отцу обращайтесь! – останавливаясь у ворот подворья, отмахнулся Митя. Входить внутрь совершенно не хотелось. Если б не оставленный там автоматон… - Но сами понимаете, милейший, имение – подарок императора. Продавать подарок государя… да еще «за денежку малую»… Попросту неприлично! Не верноподданно. А с кирпичами… нет, так нет. В губернии, наверняка, найдутся разумные господа… - он с намеком поглядел на богатея.
– …которые помогут главе губернской полиции с обустройством.

– Так это ж завсегда… находятся…

Митя испытывающе уставился на Остап Степановича. Не может деревенский богатей смолчать, когда сынок петербургского начальника уж впрямую намекает… Предлагай же, ну!

Остап Степанович смотрел прямо и равнодушно, как на случайную помеху – рявкнуть да отогнать невместно, надобно перетерпеть, и та скоро сама исчезнет.

– Митя! Ну где же вы были! Как вы могли нас так напугать! – закричали из-за ворот и к ним со всех ног устремились дамы во главе с Анной. Следом, старательно не глядя друг на друга, шагали Петр и Ингвар.