— О котором все стараются умолчать, не так ли? — Темно-красные губы Дженнифер скривились в горькой усмешке, когда она закрывала дверцу холодильника. — Слава Богу, завтра все это закончится. Вояджеры Гвендолин наконец смогут убедиться в абсурдности ее культа. Мне даже интересно посмотреть, что они сделают, когда поймут, что их попросту надули?

Немного подумав, Чарити сказала:

— Я считаю, что некоторые из Вояджеров могут обратиться в суд.

Дженнифер элегантно и легко пожала плечами.

— Я сильно сомневаюсь, что из этого получится что-нибудь путное. Более того, я даже уверена, что Гвендолин и ее напарник Рик Свинтон надежно спрятали эти деньги.

— А может, ничего и не изменится, после того как путешествие на космических кораблях не состоится? — предположила Чарити. — Один мой друг говорит, что люди, желающие поверить во что-то необыкновенное, часто продолжают в это верить, даже получив исчерпывающие доказательства, что ничего похожего в природе просто не существует.

— Ваш друг, наверное, прав, — Дженнифер пристально смотрела куда-то в пространство мимо Чарити, прищурив глаза. — Некоторые люди, доверяющие свои сбережения мошенникам, считают, что лучше продолжать верить в благие намерения доброго дяди, чем просто согласиться с тем, что их надули. Но кое-кто может сильно обидеться, узнав правду.

Не дожидаясь ответа, она легко развернула свою тележку, слегка надавив на ручку. Тележка сразу же ей подчинилась, даже не пошатнувшись при этом. Дженнифер заставила свою тележку искусно лавировать по проходу с такой виртуозной точностью, которая была присуща только сложным европейским спортивным машинам.

Чарити восхищенно наблюдала за ней: немногим людям могло так повезти при выборе в магазине тележки для покупок.

— Ну и ну! Маленькая мисс Калифорния, кажется, сегодня не в настроении, — протяжно произнесла за спиной Чарити Гвендолин Питт. — И могу поспорить: эту замороженную нежирную еду она брала совсем не для Лейтона. Такая еда ему не подходит. Я думаю, что он сегодня снова будет до самого вечера сидеть в кабаке и наполнять свое брюхо пивом. А наша сладкая Дженнифер, вероятно, ждет не дождется, когда же его наконец хватит удар.

Чарити неохотно оглянулась назад и увидела Гвендолин при всех регалиях вояджеров. Ее длинный, синий с белым халат выглядел особенно причудливо в этой маленькой продовольственной лавке.

Внешний облик гуру тоже сильно контрастировал с цепким, оценивающим взглядом Гвендолин, Чарити без труда смогла разглядеть под этим экзотическим нарядом явные признаки преуспевающего агента по продаже недвижимости.

— Здравствуйте, Гвендолин! Вы успели подготовиться к знаменательной для вас ночи?

— Конечно, все вояджеры уже готовы и с нетерпением ждут ее наступления. Мы готовили себя к этому историческому событию, которое произойдет сегодня ночью, в течение нескольких месяцев, — ответила Гвендолин, провожая глазами Дженнифер, исчезающую за поворотом прохода. После этого она перевела свой острый и пристальный взгляд на Чарити; — Я уверена, эта ночь никого не оставит равнодушным.

— Да, можно даже уверенно держать пари, что они все соберутся ночью на обрыве. — Чарити взялась за ручку своей коляски и приготовилась уйти. — Конечно, если не поднимется туман, который помешает нам увидеть прибытие межпланетных кораблей.

— Не волнуйтесь, — прожурчала Гвендолин. — Весь город очень скоро станет свидетелем интереснейшего зрелища.

«Ничто так легко не поддается, как вода, но и нет ничего сильнее воды. Тот, кто хочет посвятить свою жизнь изучению Пути, должен сначала познать свои собственные силы и слабости».

Этот совет Хейдена Стоуна вспыхнул в сознании Илиаса, когда он выполнял последнее сложное движение своих упражнений, состоящее из одновременного скручивания и скольжения тела. Илиас сделал выдох и послал кожаный ремень в цель. Конец ремня вылетел вперед со змеиной стремительностью и точностью: он обернулся вокруг пустой алюминиевой банки из-под содовой и смял ее.

Илиас сделал глубокий вдох и нагнулся, чтобы поднять смятую банку. «Плохо, — подумал он, — я придал ремню слишком большую силу. Очевидно, сегодня никак не получится точно рассчитать нужное усилие».

Он вышел на край утеса и посмотрел на окутанную туманом бухту.

Чувства расчета и предвидения у Илиаса дремали, пока он выполнял свои упражнения. Однако ему совсем не понадобилось тратить часы на внутреннее созерцание по системе Тэл Кик Чары, чтобы понять причину своего состояния. Ему мешали сосредочиться воспоминания прошедшей ночи.