— Ты не права. Я прекрасно понимаю, что все это значит. Ты предала моего отца и нашу семью. И теперь пришло время тебе понять, как отныне все будет складываться.

— О чем ты говоришь?

— Я не хочу подвергать Хедер в Вэлери еще одной эмоциональной травме. Они привыкли к тебе и будут растеряны и огорчены, если тебе придется уехать. Маленьким девочкам нужна мать.

— Я не собираюсь уезжать! — взвизгнула Сибил.

— У Натана и Ричарда есть право знать своего отца. Бог свидетель, он и так не слишком их балует своим присутствием, но они будут видеть его еще меньше, если ты заберешь их с собой. — Оливер стиснул зубы. — Мальчикам нужны отцы.

— Заткнись, Оливер, я никуда их не забираю.

— Лети также должны верить, что их матери — ангелы. — Оливер проигнорировал отчаяние, мелькнувшее в глазах Сибил. — Поэтому ради моих братьев и сестер я не расскажу своему отцу, что видел сегодня днем, если ты только не заставишь меня сделать это.

Надежда и страх отразились на лице Сибил.

— Чего ты хочешь от меня?

— Чтобы ты выполнила главное условие нашей сделки. Дай моему отцу то, что он купил, — верную жену и мать его детей, и ты получишь деньги и положение, которых хотела от этого брака. Но если ты ляжешь с кем-нибудь в постель еще раз, Сибил, клянусь, я позабочусь, чтобы отец узнал, на какой шлюхе он женился.

— Я не шлюха! — завизжала Сибил. — Ты не понимаешь, какие отношения между мной и Грегом.

— Меня нисколько не волнуют ваши отношения. Меня волнует только моя семья. Мы оба знаем, что отец бросит тебя в ту же минуту, как только узнает, что ты спишь с другим. Ну что, договорились?

— Эдвард никогда бы не поверил тебе, если бы ты попытался рассказать ему о сегодняшнем дне, — сказала Сибил с фальшивой бравадой.

— Хочешь проверить? Я — его сын. Ты никогда его не будешь знать лучше, чем я. Он послушает меня. — Оливер не был уверен в этом, но в тот день он обнаружил, что таил в себе нераскрытый талант к блефу.

— Эдвард доверяет мне.

— А я не сделаю той же ошибки, — сказал Оливер. — Я буду следить за тобой, как коршун, пока ты остаешься членом нашей семьи. Оступишься один лишь раз и можешь поцеловать на прощание свою долю денег Рейнов.

— Ты хладнокровный сукин сын. — Сибил трясло. Она вытерла слезы ладонью. — Какое ты имеешь право вмешиваться в мою жизнь? Ты что о себе думаешь?

— Я человек, который может разрушить твое удобное гнездышко в любой момент, когда пожелает. Помни об этом, Сибил. Если только я когда-либо узнаю, что ты не выполнила свою часть сделки, я вытащу из-под тебя ковер так быстро, что ты не поймешь, почему ударилась.

Она поверила ему. Оливер прочитал это в ее глазах. Удовлетворенный, он вышел из дома, сел в свою машину и уехал.

Год спустя Эдвард Рейн исчез, прихватив с собой легендарное состояние Рейнов и большие суммы денег, принадлежавшие другим людям.

Когда Оливер захлопнул дверь перед своими собственными надеждами и принялся подбирать обломки, оставленные его отцом, он ожидал, что Сибил отправится на более плодородные пастбища.

Но она не сделала этого. В первые же полгода, когда все старые друзья Эдварда и его деловые знакомые вежливо отвернулись от семьи Рейнов, она поняла, что Оливер был ее лучшей ставкой.

Сибил была хитрой женщиной. Она нуждалась в безопасности не только для себя самой, но и для своих маленьких сыновей. Очень скоро стало ясно: Оливер сможет в конечном итоге вернуть ей все, что она потеряла.

Со своей стороны, Оливер нуждался в ком-то, кто присматривал бы за его братьями и сестрами, пока он трудился не покладая рук над восстановлением семейного богатства. Договоренность была выдержана. Сибил выполнила условия и была хорошо вознаграждена.

Оливер всегда сдерживал свои обещания.

И он никогда не забывал своих врагов.

Эта мысль вернула его к вопросу о новом приятеле Вэлери. Если Сибил говорила правду, а в этом не было никакой причины сомневаться в данный момент, Оливер знал, что ему придется начать действовать. В его намерения не входило позволить своей младшей сестре завязать серьезные отношения с сыном Пола Шора.

Оливер сделал в уме пометку поговорить с Вэлери. Он даст ей понять, что отношения с Карсоном Шором невозможны. Ему никогда не нравилась история Ромео и Джульетты.

— Энни, за оставшееся время я должна успеть выразить свою мысль по поводу твоего плана. Я активно поддерживала идею использовать фиктивный брак для решения проблемы. Но теперь, когда ты, заключив фактически сделку, собираешься жить у него, мой энтузиазм иссякает.

— Успокойся, Джоанна. Все пройдет более чем отлично. Вот увидишь. Мы с Оливером прекрасно понимаем друг друга. В понедельник мы обсудили все детали. Детали — его сильное место. — Энни вскрыла ножом одну из сторон упаковочного ящика из картона. Осмотрев его со всех сторон, принялась открывать остальные.