Мерси не поняла, что он имел в виду, однако теперь в ее голове не осталось ни одной мысли. Он медленно, словно хотел насладиться каждым завоеванным сантиметром, который теперь принадлежал только ему, входил в нее, в самую глубину ее тела. И вдруг, как будто наконец осознав, насколько глубоким и уверенным будет его обладание ее телом, Мерси сжалась.

Женщина в зеркале впилась ногтями в плечи Крофта, выражая тем самым неожиданный, немой протест мужчине, который тем не менее пытался сломить сопротивление ее напряженного тела. Мерси напряглась, сдерживая находящееся на грани боли и все усиливающееся ощущение, затаив дыхание. И вдруг эта необыкновенная боль, сводившая ее с ума, неожиданно прекратилась. Все чувства ее сплелись в единый клубок реальности, и неожиданный страх поглотил ее.

— Расслабься, — нежно приказал Крофт. Он сдерживал себя с очевидным усилием. Он был еще только на пути к своей цели. Крофт лежал, опершись о локти, дожидаясь, когда наконец она хоть немного расслабит свое тело. — Ты противишься ему. Ну что ж, нам не нужно спешить, у нас впереди целая ночь.

Его пальцы откинули с ее лица растрепанные пряди волос. Он внимательно смотрел на нее.

Мерси почувствовала, как напряглись все его мышцы. Он прекрасно владел собой и мог остановиться в любое время.

— Ты все время контролируешь себя! — взорвалась она.

— Если бы это было не так, то сегодня ночью я мог бы причинить тебе боль. Ты так напряжена и скована. Ты, наверное, все еще боишься меня. Причиной этому именно я или то, что ты очень долго была без мужчины?

— Возможно, я нервничаю потому, что ты уж слишком уверен в себе, слишком хорошо владеешь своим телом. — Она была разочарована. — Я не смогу расслабиться и позволить тебе сделать это. Остановись. Прекрати все это. Все зашло слишком далеко.

Что-то злое на мгновение зажглось в его глазах.

— Ты знаешь, что я хочу тебя.

— О, ты просто хочешь соблазнить меня, а это разные вещи.

— А ты что, эксперт по этой части?

— Я не полная дура! И не смей смеяться надо мной.

— Нет, — выдохнул он, — ты не дура. Однако ты позволяешь каким-то идиотским страхам диктовать тебе, что нужно делать. Если я позволю, то сегодня ночью ты разорвешь себя на части.

— Именно ты разрываешь меня на части. В буквальном смысле!

— Ты и сама знаешь, что это не правда. Я же не раз говорил тебе, что со мной ты в безопасности.

— Я не верю тебе!

Она хотела уколоть его, сделать ему больно. Но вот зачем? Это было загадкой и для самой Мерси. Она была уверена лишь в том, что ей непременно нужно вывести его из себя. Он сам сделал так, чтобы у нее возникло неистовое желание принадлежать ему. И сейчас все, что ей необходимо было знать, так это то, что он так же, как и она, отдался власти желания и страсти.

— Ты слышишь меня, Крофт?! Я не верю тебе! Я едва тебя знаю. И откуда мне знать, что значит для тебя честь? Как я могу доверять тебе? Женщина должна быть совершенной идиоткой, чтобы отдаться в руки человека, уверяющего ее, что он эксперт в области насилия. Я больше не верю тебе. Я не доверяю тебе!

Наконец Мерси почувствовала в нем долгожданную перемену. Она ликовала: тело Крофта охватила внезапная дрожь. Но вдруг заметив необыкновенный блеск его глаз, она испугалась, что зашла слишком далеко.

— Черт возьми, но у тебя нет другого выбора, кроме как поверить мне. — Голос Крофта неожиданно стал грубым. — Ты будешь принадлежать мне!

Он прижал ее к себе так, что она с трудом могла дышать.

— Ну признай же это, — выдохнул он дико. — Признайся, ты же хочешь меня. Скажи это.

Она затаила дыхание, а потом прошептала, не в силах больше скрывать от него правду:

— Я хочу тебя.

— Скажи, что доверяешь мне. Скажи, что солгала, когда заявила, что думаешь, что не сможешь доверять мне.

Она вздохнула и, подчинившись, призналась во всем. Ее контроль над чувствами и эмоциями не мог состязаться с контролем Крофта. Ни силой его, ни властью она не обладала. Но больше того, она сама нестерпимо хотела его.

— Я доверяю тебе.

— Слава Богу, что ты не знаешь, как соврать мне.

Его руки сжали ее плечи, а рот атаковал ее губы с такой неистовой страстью, что она грозила затопить Мерси. Его мышцы напряглись, когда он начал медленно, но неизбежно входить внутрь нее.

Она чувствовала, как он входит в нее, погружаясь в ее бушующий океан. Мерси задыхалась от желания. Ее тело отвечало ему. Боли не было, только невероятное, полное странных ощущений, напряжение. И тогда она забыла о женщине в зеркале, забыла обо всем.

— О Господи, Крофт! — Она прильнула к нему, обхватывая его своими ногами в отчаянной попытке удержать его настолько глубоко внутри себя, насколько это было возможно.