— Вы хотите звонить в эти бары?

— Я всегда тщательно проверяю все ссылки на предыдущие места работы. А в чем, собственно, дело, мистер Куаррел? Неужели вы думали, что я не смогу набрать номер Манилы или Таити?

Не спуская с нее глаз, он вытер руки полотенцем.

— Нет, отчего же? Просто многим невыгодно звонить в отдаленные места.

— Хочу вас обрадовать, мистер Куаррел. Вы далеко не единственный, кто успел поработать во всех уголках света. Я провела полтора года на Таити, три месяца в Маниле, год в Мехико и еще год на Гавайях. Возможно, мне слегка изменяет память, но, кажется, я была не только в «Эль-Торо», но и еще по меньшей мере в паре грязных кабаков, которые вы тут указали.

Телефон «Огней гавани» сразу показался мне знакомым…

К моему искреннему огорчению, это можно сказать и о «Прямо в десятку».

Джонас был ошарашен.

— Вы шутите, мэм? Откуда вы знаете эти заведения?

— Отец позаботился о том, чтобы я получила разностороннее образование, — бросила Верити и гордо прошествовала в офис, довольная тем, что сумела наконец поставить выскочку на место.

— Эти звонки выльются вам в кругленькую сумму, — слабо огрызнулся Джонас.

— Я вычту их стоимость из вашего первого заработка, — победно ухмыльнулась Верити, садясь за свой стол и протягивая руку к трубке… Все это становилось по-настоящему любопытным.

Ровно через час она получила ответы на все свои вопросы, а Джонас к тому времени успешно расправился с посудой… Работодатель и проситель вновь изучающе уставились друг на друга.

— Все в порядке, — тихо промолвила Верити. — Вы приняты. Везде я получила о вас самые лестные отзывы.

Теперь я знаю, что вы исполнительны, обязательны, можете вовремя открыть и закрыть заведение, не балуетесь наркотиками, не запускаете руку в кассу и не пьете на рабочем месте. Весьма высокая оценка, надо сказать… особенно если учесть, в каких местах я ее получила. Ах да, чуть не забыла:

Большой Эл из «Морской сирены» просил передать вам пламенный привет и заверения, что немедленно высылает долг по указанному мной вашему новому адресу.

Джонас Куаррел заметно приободрился. Взгляд из настороженного стал любопытным и довольным.

— Спасибо, Верити, — с чувством поблагодарил он. — Я никогда не забуду вашей доброты.

— Вижу, с тарелками вы покончили. Отлично. Начинайте шинковать лук для овощного пирога А я пока займусь выпечкой.

— К вашим услугам, шефиня! — Джонас уверенно взял кухонный нож с длинным широким лезвием. Похоже, это орудие было ему прекрасно знакомо. — Нам осталось решить еще одну небольшую проблему.

Верити так и замерла возле огромного холодильника, откуда как раз собралась вытащить пакет с холодным тестом.

— Что еще?

— Мне надо где-то остановиться, — широко улыбнулся Джонас Куаррел. — Есть идеи? Поскольку вы положили мне крошечное жалованье, я не смогу самостоятельно оплачивать жилье. Сегодня утром я освободил номер в мотеле у озера. Куда мне теперь?

Верити с заметным облегчением перевела дыхание.

— Располагайтесь в коттедже, где останавливается мой отец, когда ему приходит в голову проведать собственную дочь. Это прямо за кафе.

— Ну а как же ваш родитель?

— Пустяки. От него ни слуху ни духу с тех самых пор, как он прислал мне телеграмму с просьбой приехать к нему в Пуэрто-Валлерта. Я как дура притащилась туда, а он, оказывается, решил не дожидаться и скрылся в неизвестном направлении! Так что теперь он вряд ли скоро побеспокоит нас. Ну а если это все-таки случится… Что ж, тогда по-честному разыграете койку. Думаю, вам обоим не привыкать спать на полу.

— Вы очень великодушны.

— Бросьте. Просто я питаю постыдную слабость к закоренелым бродягам, которые гробят жизнь, чтобы убежать от собственного таланта.

Джонас резко вскинул голову и прищурился.

— Как прикажете понимать?

Энергично раскатывая тесто, Верити покосилась на своего нового работника.

— Поговорив с вашими бывшими боссами, я позвонила в Винсент-колледж. И там мне подтвердили, что вы в самом деле читали курс истории Возрождения. И более того, отлично читали, черт вас возьми! На вашем счету куча сенсационных статей и монография по оружию. И после всего этого вы вдруг, без всяких причин, бросаете кафедру… Ну и что? Еще не набродились по свету, мистер Куаррел?

— И какое отношение все это имеет к вашему отцу? — холодно спросил Джонас.

— А такое, что он у меня тоже закоренелый бродяга.

Вам говорит что-нибудь имя Эмерсон Эймс?

Верити заметила, что не на шутку завелась и слишком яростно орудует скалкой… С чего бы это? Надо расслабиться.

Небрежным ударом ножа Джонас рассек луковицу.

— Безусловно. Вы имеете в виду Эмерсона Эймса, автора «Сопоставления»? Пару лет назад эта вещь наделала немало шума.

— Вот именно.