— Ну, петь, танцевать или что-нибудь ещё… Должен же у неё быть какой-то талант!

— Если он и есть, я о нём не в курсе. Не для того её брал, чтобы музыку слушать.

— Понимаю, понимаю. Для меня крики боли тоже всегда были лучше любой музыки… А твоя игрушка хорошо кричит?

Инквизитор тихо усмехнулся:

— Смотря что с ней делать.

Диктатор помедлил мгновение и оглушительно расхохотался:

— Ох, всё-таки ты действительно мой потомок!

— Ну, разумеется. Чей же ещё?

— Значит, ты до сих пор считаешь себя моим сыном?

— Именно так.

— Почему же тогда сбежал?

— Хотел доказать, что достоин стать твоим преемником.

Последовала продолжительная пауза.

— Я так и думал. — Наконец высказался император. — А не посоветовался со мной потому, что не верил в успех?

— Боялся, что ты меня не отпустишь.

Гость хмыкнул:

— Да, вполне возможно, так бы и получилось… Было ещё слишком рано выпускать тебя в свободное плавание.

— Но возвращать меня ты почему-то не стал.

— Решил посмотреть, что ты будешь делать и что из этого выйдет.

— И как?

— Результат меня впечатлил. Я не понимаю одного — почему ты вернулся только сейчас? Последние годы в твоей карьере случился небольшой застой, к тому же твоего нынешнего положения уже с лихвой хватает для успешного сотрудничества на благо Патриора. Так почему ты выбрал именно это время для возвращения?

— Узнал, что ты отдал наконец Алиссию замуж, и понял, что скоро будет объявлен наследник Империи. Собрался, оформил отпуск и прилетел.

— Значит, ты хочешь стать следующим императором?

— Я вижу себя наиболее достойным кандидатом и готов это доказать.

— Сотрудничеством?

— Не только.

Диктатор задумался.

— Знаешь, твоё предложение действительно кажется стоящим. На Мерите ты известен давно, с некоторых пор о тебе заговорила вся вселенная, преступники дрожат от одного твоего прозвища, люди страшатся оказаться у тебя на пути и от греха подальше обходят Мерит стороной… Да. Это бы очень пригодилось Империи. Правитель, жестокость которого гремит на весь космос!.. Весьма необычно. Но и опасно. Если мы вынесем всё, происходящее здесь, на всеобщее обозрение, нас не поймут. И обязательно попытаются избавиться от давно набившего оскомину Патриора. Конечно, у них ничего не получится, но тратить время на противостояние лично мне бы не хотелось. Сразу снизятся темпы развития.

— Никто не скажет нам и слова. По документам я родился на Гуалиоре, и в глазах общественности навсегда останусь пришлым, нагло захватившим власть в Империи. Так что отношение к Патриору вряд ли изменится. Как сторонились, так и будут сторониться. Возможно, даже начнут сильнее бояться.

— Тоже верно. — Задумчиво протянул гость и ненадолго замолчал. — Знаешь, я обещаю более обстоятельно поразмышлять над всем этим. А пока надо закончить с Меритом.

— Да, конечно! — Радостно согласился Инквизитор. — Я не тороплюсь.

— Вот и хорошо. Тогда пока решим так, а дальше посмотрим… Кстати! — Хлопнув себя по бедру, вдруг воскликнул Диктатор. — Чуть не забыл. Что за спектакль ты устроил вчера на дуэли? Я думал, покончишь с Гиненом в первую же минуту, а вместо этого он гонял тебя по площади добрых полчаса.

— Не хотел лишать тебя наследника. Вдруг ты считаешь его действительно идеальной кандидатурой…

— Правда?.. — Прервав сына, с сомнением переспросил гость. — Не знал, что ты такой патриот.

— Всё для процветания родины. — Невозмутимо откликнулся Лауль.

Император одобрительно хмыкнул.

— А не ранил — чтобы посильнее уязвить, верно? — Понимающе поинтересовался он.

— Да.

— Это хорошо. А то я уже, грешным делом, подумал, будто ты заболел человеколюбием.

Инквизитор презрительно фыркнул:

— Подобной чушью не страдаю!

— Очень рад, что за время своего отсутствия ты не растерял своих навыков. — Император медленно прошёлся по комнате, будто бы разглядывая её убранство. — Правда, сомневался я только в твоём владении кнутом. Слухи об успехах на остальных поприщах до меня долетали. Например, я слышал, что ты несколько усовершенствовал мои методы наказания, превратив их в особое искусство. Это похвально.

— Да, так получается эффективнее добывать информацию и склонять нужных людей к сотрудничеству.

— А ещё так гораздо интереснее, верно?

— Не без этого, конечно.

Я слушала их диалог и не могла понять, притворяется Лауль или говорит серьёзно — настолько естественной получалась беседа. И меня это пугало.

— Ну ладно, на сегодня хватит разговоров. — Решительно заявил гость, остановившись прямо рядом со мной. — На самом деле я зашёл совсем не за этим. У меня к тебе просьба.