Но это не имело значения. Лане не казалось чем-то постыдным быть или чувствовать себя скорее симпатичной, чем могущественной. Особенно теперь, когда ее силы привлекли внимание такого парня, как Макс.

Она направилась к двери, но вспомнила, что зажженные свечи не следует оставлять без присмотра, и вернулась, чтобы потушить их. Однако внезапно застыла на месте, размышляя: если удалось заставить огонь вспыхнуть, то получится и погасить его, так?

– Это всего лишь обратное действие. – Произнеся слова вслух, Лана указала на одну из свечей, намереваясь лишь подойти ближе и попытаться осуществить задуманное. И тут огонек погас. – Ого!

Девушка уже собиралась позвать Макса, но сообразила, что тот наверняка увлечется практикой и тогда они не смогут спокойно поужинать, как собирались.

Так что Лана просто потушила силой мысли свечу за свечой, погрузив комнату в темноту, хотя и не представляла, откуда взялись новые способности или каким образом проснулась та магия, о которой говорил Макс. Она решила подумать об этом когда-нибудь после.

Вино привлекало ее больше.

Пока Лана с Максом наслаждались ужином, Кэти Маклеод Парсони торопилась в больницу в Бруклине.

Девушка пока не разразилась слезами только потому, что не верила, вернее, отказывалась верить, что отец умер, а мать заболела так серьезно, что оказалась в реанимации.

Прижав ладонь к огромному животу и чувствуя руку мужа на спине там, где раньше находилась талия, Кэти едва не бежала, вглядываясь в указатели, к лифту до отделения интенсивной терапии.

– Это все какая-то ошибка. Я разговаривала с мамой по телефону всего несколько часов назад. Папа плохо себя чувствовал, подхватил простуду, и она готовила для него бульон.

Кэти повторяла одно и то же снова и снова, пока они с мужем Тони ехали в больницу. Тот же мог лишь держать жену за руку и говорить, что все будет хорошо, потому что больше ничего не получалось придумать.

Однако, когда они наконец добрались до приемного отделения, Кэти не сумела выдавить ни слова и беспомощно посмотрела на Тони.

– Нам сообщили, что к вам поступила Энджи – Энджела Маклеод. Это ее дочь, моя жена.

– Мне нужно увидеть маму. Пустите меня к ней. – Сочувствие в глазах дежурной медсестры заставило сердце Кэти сжаться от ужаса. – Я должна поговорить с доктором Хопман. Она сказала… – Повторить кошмарные слова уже не получилось.

– Вашу мать лечит доктор Герсон…

– Я не хочу никакого доктора Герсона! Дайте мне увидеться с матерью. Или поговорить с доктором Хопман.

– Ну же, Кэти, попробуй успокоиться. Тебе нельзя нервничать. Подумай о детях.

– Я попробую связаться с доктором Хопман, – заверила медсестра и направилась к стойке регистрации. – Вам лучше присесть, пока ждете. Какой срок беременности?

– Двадцать девять недель и четыре дня, – ответил вместо жены Тони.

– Ты тоже считал дни? – выдавила Кэти, которая уже начала всхлипывать.

– Конечно же я считал, любимая. Конечно же. Мы ждем близнецов. – Последняя фраза предназначалась медсестре.

– Вас ждет настоящее веселье, – улыбнулась та, но тут же посерьезнела и повернулась к телефону.

Рейчел ответила на вызов, как только смогла, и быстро оценила ситуацию, увидев родственников четы Маклеод. Скоро придется успокаивать беременную женщину. И все же она порадовалась, что успела раньше доктора Герсона. Он был замечательным терапевтом, но иногда проявлял резкость, граничащую с грубостью.

Медсестра за стойкой регистрации кивнула Рейчел. Она внутренне собралась и решительно подошла к паре.

– Я доктор Хопман. Сочувствую насчет вашего отца.

– Это какая-то ошибка.

– Вы Кэти?

– Да. Кэти Маклеод Парсони.

– Кэти, – произнесла Рейчел, усаживаясь рядом. – Мы сделали все возможное. Как и ваша мать. Она вызвала «Скорую помощь», и вашего отца доставили к нам. Но он был слишком болен.

– Он всего лишь простудился. – Глаза Кэти, такого же темно-зеленого оттенка, как у матери, умоляюще смотрели на Рейчел. – Или подхватил пищевое отравление. Мама готовила ему куриный бульон.

– Миссис Маклеод сумела предоставить нам некоторую информацию. Ваши родители отдыхали в Шотландии? Вы ездили с ними?

– Мне был предписан постельный режим.

– Из-за близнецов, – пояснил Тони. – Срок двадцать девять недель и четыре дня.

– Вы можете рассказать подробнее, в каком именно городе они отдыхали?

– В Дамфрисе. А какое это имеет значение? Почему вы не позволяете мне увидеться с матерью? Где она?

– Ее изолировали.

– Почему?

– Просто мера предосторожности. – Рейчел нервно заерзала, но постаралась, чтобы взгляд казался таким же спокойным, как и голос. – Если ваши родители контактировали с инфицированным или заразились друг от друга, мы обязаны сдержать дальнейшее распространение. Вы можете пройти к матери, но будьте готовы: она очень больна. Потребуется надеть защитный костюм, перчатки и маску.