Сначала ей показалось, что от холода у нее начались галлюцинации. Ну не может тут ничего плескаться! С другой стороны, почему бы и нет? Если оханец нашел эту пещеру, ее мог отыскать и кто-нибудь другой. Хищник, например. А она тут совсем одна. И плеск приближается.

Ольга запаниковала, отчаянно озираясь по сторонам. Но тьма вокруг была такая, что ничего толком разглядеть было нельзя. Лишь приподняв руку, она примерно в локте над макушкой обнаружила каменные своды. Но никаких зацепок. И никакого оружия. Неужели ее съедят?

Плеснуло так близко, что она чуть не свалился в воду от неожиданности.

— Ольга?

— А?

— Ольга, это я… Примек Варвич. Ты… жива? Где ты?

— Ж-жива… — прошептала она и выкрикнула в полный голос. — Да! Я жива!

— Хорошо, — над водой задвигалось что-то овальное, белесое. — Я плыву к тебе. Мы возвращаемся.

Он подплыл ближе, нашел ее протянутую руку, выпрямился, вставая на тот же камень. Ольга лихорадочно вцепилась в его куртку, уже не сопротивляясь, когда он обнял ее, прижав к себе.

— Натерпелась страху? — молвил он. Дождался кивка и продолжил: — Теперь мы поплывем обратно. Не бойся. Там нас ждет тримаран. И этот твой… монстр. Он сторожил вход.

— Д-да? — Ольга подняла голову.

— Ага. И успел прикончить пару местных морских змей. На радость нашим «головоломам» это новый вид, так что они не будут в обиде.

Ольга только улыбнулась, но улыбка тут же увяла, когда она поняла, что ей предстоит.

Обратный путь оказался, тем не менее, страшнее и тяжелее. В первый раз Ольга не думала ни о чем, она просто спасалась от преследования и не знала, что ее ждет и больше думала о том, что позади, а большую часть путешествия по туннелю провела в бессознательном состоянии. Теперь же она знала, что впереди длинный путь во мраке, куда придется нырять и где ей, почти не умеющей плавать, придется довольно долго плыть под водой. И что если она не рассчитает своих сил, уставшая и замерзшая, она рискует просто не доплыть и, наконец-то та «реалити-версия» римейка «Титаника» получит свое воплощение.

Отказаться, тем не менее, было нельзя, и Ольга поплыла. Поплыла, морщась от боли потому, что Примек держал ее за больную правую руку, увлекая женщину за собой, чтобы она могла грести здоровой левой. Было настолько больно и жутко — онемевшие ноги еле шевелились, что, едва ее толкнули вверх, и она всплыла, Ольга разрыдалась.

Ее тут же сгребли в объятия.

— Ну-ну, — чужие и такие близкие руки гладили по голове, касались лица. — Что ты плачешь? Такая храбрая девочка и вдруг…Ну, что с тобой?

Но Ольга только мотала головой, всхлипывала и, подвывая, размазывала по лицу слезы.

— Все хорошо, — ее несколько раз поцеловали в щеки, нос и даже лоб. — Перестань. Воды и так много. Пошли на берег! Нас там ждут!

Они выплыли на глубине и пришлось еще немного поработать руками-ногами прежде, чем под ботинками почувствовались камни. Уставшая и ослабевшая, Ольга бы ни за что не одолела эти последние метры, если бы не оханец. Он словно ждал их снаружи и теперь крутился рядом. В какой-то момент женщина ухватилась за его панцирь, и он потащил ее за собой, словно на буксире.

На берегу их действительно ждал покореженный «Москит». Флайер выглядел так, что оставалось только удивляться, как он вообще сумел сюда добраться. И, тем не менее, он долетел и даже с пассажирами.

Навстречу Варвичу и Ольге, обгоняя друг друга, кинулись Тор Брежняк, Майда, Асель и кто-то из механиков. Они далеко обогнали капитана, который выбрался из кабины последним, и заключили спасенных в тесный круг, тормоша и хлопая по плечам, но стоило Гримо Ашеру кашлянуть, как тут же расступились.

— Ты, — Гримо подошел к Варвичу и с разгону ткнул его кулаком в плечо, — ты что удумал, а? Ты что натворил? Ты понимаешь, что ты чуть было не натворил и куда ты нас втравил? Ты сам-то понял, что ты наделал?

Ольга, оторопев от вспышки капитанского гнева, чуть было не шарахнулась в сторону, но пальцы Варвича так крепко вцепились ей в ладонь, что она была вынуждена остаться на месте. Сам Примек набычился, пережидая волну капитанского гнева.

— Я… — уловив паузу, все-таки вставил он слово, — все обдумал…

— Обдумал он, как же! Ты о себе только думал, идиот несчастный! О нас ему подумать было некогда! Его обидели! И он благородно решил уйти! Сбежать! Смыться! Бросить команду! И всех подставил!

— Я…

— Ты… Ты знаешь, что тут произошло, пока ты там рекорды по дайвингу ставил? Мы пилота лишились!

— А… — Варвич бросил взгляд на флайер. Только сейчас до него дошло, что так «Москит» мог выглядеть только после аварии.

— Два идиота! — продолжал орать Гримо. — Что один, что другой. А еще друзья. Один сломя голову кидается в драку с пиратами, другой, прикрывая этого коммандос недоделанного, идет на таран и сшибает чужой катер нафиг… А теперь тот, из-за которого хороший парень лежит в медотсеке и ждет врача, стоит тут и вещает, что хочет нас бросить!