— О да, — согласился Нанги, — но только в пределах «мичи».

На сердце Жюстины легла свинцовая тяжесть. — Вы хотите сказать, что раз Николас выбрал путь ниндзя, то это на всю жизнь?

— Пожалуй, правильнее будет сказать, что это ниндзютсу выбрало Николаса, — лицо Нанги еще более посуровело. — И если это так, то карма Николаса все еще не исчерпана.

— Но почему так? Каким образом ниндзютсу приобретает такую власть над человеком?

Нанги немного подумал, прежде чем ответить, но все-таки решил сказать всю правду. — Ниндзютсу — древнее искусство, — осторожно начал он. — Древнее, чем сама Япония.

— А разве не японцы изобрели его?

— Нет. Мы, японцы, не очень большие мастера изобретать. Наш конек — усовершенствовать. Наш язык, очень многое из нашей культуры — все это пришло из Китая. Например, мы взяли китайский язык, расчленили его, приспособили к нашим нуждам, усовершенствовали систему иероглифов. Вот так же и с ниндзютсу. Это искусство зародилось в Китае, хотя, насколько я знаю, никто точно не может сказать, в какой провинции и какие сэнсэи стояли у его истоков. Скорее всего, ниндзютсу явилось синтезом многих древнейших видов боевых искусств. Такой почтенный возраст, я думаю, является одной из причин власти этой дисциплины над ее адептами. Кроме того, мистический элемент в ее структуре способствует тому, что она становится делом всей их жизни. — Он слегка улыбнулся, — Чтобы подкрепить мою мысль, могу сослаться на пример из вашей, западной культуры. Вы можете представить себе, что Мерлин бросил свою работу, превратившись из волшебника, скажем, в фермера?

Жюстину этот пример не успокоил. Наоборот, он нагнал на нее еще больше страху.

— Знать бы побольше о корнях ниндзютсу, может, мы смогли бы лучше помочь Николасу.

— Это невозможно, миссис Линнер. Это значило бы познать непознаваемое.

У Жюстины было ощущение, что они попали в лабиринт, и она пошла по одному из коридоров, пытаясь найти выход.

— Вы упомянули о красных и черных ниндзя и о структурах, связывающих их крепче, чем обеты католических священников. — Жюстина внимательно изучала лицо Нанги, говоря это. — А не мог ли Николас перейти от красных к... А может, есть и еще какие-нибудь разновидности ниндзя?

— Нет. — К этому Нанги хотел что-то добавить, но потом, видно, раздумал.

Жюстина учуяла что-то неладное.

— Наверно, ученику не стоит требовать слишком много знаний за раз, — сказала она, не отрывая глаз от его лица. — Но жене должны быть даны некоторые преимущества перед обычными учениками.

Прямо у нее на глазах — лицо Нанги постарело. Он думал, что, вероятно, недооценил силы ее интеллекта и интуиции. Она, очевидно, смотрит в корень. Он кивнул, и лицо его опять скрыли тени.

— Хорошо, — сказал он. — Я не погрешил против истины, сказав, что есть только два типа ниндзя: красный и черный. Тем не менее есть еще термин «широ ниндзя», который означает «белый ниндзя».

Пауза, последовавшая за этими словами, так затянулась, что Жюстина была вынуждена переспросить:

— Белый ниндзя? Что это значит?

— Термин указывает на ниндзя, который утратил свою силу. — Нанги говорил, будто превозмогая боль. Он не мог — по крайней мере пока — сказать ей, что у «широ ниндзя» утрата физических сил является вторичным явлением по отношению к утрате веры.

Вот теперь Жюстина начала постепенно понимать причины странного поведения Николаса.

— Может быть, поэтому Николас решил отгородиться от меня?

— Возможно, — согласился Нанги. — Для человека типа Николаса состояние «широ ниндзя» — кошмар, ставший явью. Он не хотел бы, чтобы Вы были рядом в такое время.

— Но почему? Я бы могла помочь хоть чем-нибудь. А так, целиком уйдя в себя, он совсем одинок.

Глаза Нанги беспокойно оглядывали церковь, переходя от ниши, в которой горели свечи, к рядам скамеек с высокими спинками.

— Пожалуйста, постарайтесь понять, миссис Линнер. Он сейчас совершенно беззащитен, если кому-нибудь вздумается напасть на него. Естественно, заботясь о Вашей же безопасности, он хочет, чтобы Вы держались от него подальше.

— Напасть? — Жюстина опять почувствовала, как в груди ее зашевелилась змея страха. — Но кому это надо? Сайго и Акико мертвы. Кто еще может захотеть напасть на него?

На это Нанги ничего не ответил.

Жюстина, чьи нервы были напряжены до предела, опять почувствовала что-то неладное.

— Вы мне не все сказали, Нанги-сан. Пожалуйста. Я должна знать. Моя жизнь разваливается на части, и я не знаю почему. А Вы знаете?

Здоровый глаз Нанги смотрел ей прямо в лицо. — Миссис Линнер, состояние «широ ниндзя» не может возникнуть естественным образом. Оно вызывается кем-то извне. Вы меня понимаете? Это атака, вроде вирусного вторжения в компьютерную систему, выводящего ее из строя. Кто-то, владеющий техникой темной стороны ниндзютсу, сделал из Николаса белого Ниндзя.

— Так, значит, есть еще один враг? Сэнсэй черного ниндзютсу?