Я ведь здесь именно для этого? Нет?

Центурион смотрел на меня… у него были желтые, нечеловеческие глаза, и в глазах – огонь. Это завораживало. Он-то точно хотел развлечься. Он хотел меня. И от этого бросало в дрожь и в жар сразу. «Крупный самец, у которого срывает крышу…»

– Вы позволили мне войти, сеньорита, – сказал он. – Так, может быть, пригласите за стол? Или на танец? Мы закажем музыку. Разве не для этого вы…

Он не договорил, осекся. Поджал губы. Я неожиданно поняла, что он тоже волнуется. Но, скорее, дело не во мне, я просто очередная симпатичная девочка… дело в сидящем рядом кураторе. И не в Гильдии, у него за спиной, дело в нем лично.

– Не стоит… – начала я, – сеньор… центурион?

Замялась. Как его назвать?

– Марко, – сказал он. – Меня зовут Марко. А тебя?

Мы уже на «ты»?

Не так быстро.

– Простите… но, не сегодня, – сказала я.

Надо взять себя в руки. Ну, что я как девочка. Да, уши горели огнем, но, в то же время… Я смотрела в глаза этого волка и понимала, как что-то происходит со мной. Я тоже… а он так невыносимо хорош.

Но не готова прямо сейчас. Слишком быстро.

Разве я здесь не за этим?

– Сегодня вы предпочитаете зверя покрупнее? – криво ухмыльнулся центурион. С вызовом.

Он нарывается?

Это было почти на грани. Рой не пошевелился, мне даже казалось, его это забавляет. И, в тоже время, он только ждал команды «фас!» Это слишком заметно. Спокойно и вальяжно… Я была уверена, он легко свернет шею всем этим троим молодым волкам. Всем разом. Они не зря его боятся.

Кто он такой, черт побери?

– Сегодня я предпочитаю тишину и покой, – сказала я твердо.

– Мне казалось, прекрасные сеньориты в Гильдию обращаются не за этим.

Наглость и самоуверенность. И все же…

– Они обращаются исключительно за тем, чтобы получить желаемое. И сейчас я желаю совсем не вас. Сядьте на место.

– Иначе спустите на меня своего цепного дракона?

Дракона? Куратора.

– Ведь именно для этого он здесь? Чтобы беречь мой покой?

Я видела, как у Роя дрогнули уголки губ, но от улыбки он удержался.

– А если я не испугаюсь? – спросил центурион.

Нарывается. Совершенно точно. Он слегка пьян, и его заносит.

– Знаете, сеньор, – сказал мой куратор равнодушно, – компенсация, которую придется выплатить в случае убийства легионера, примерно равна сумме, которою я получаю за день.

– Я офицер…

– За два дня, – сказал он. – Я могу себе это позволить. Вернитесь за свой стол. Сеньорита просила вас оставить ее в покое. Проявите уважение, это не трудно.

– Уважение? – центурион хищно оскалился, что-то дрогнуло в его лице… та самая трансформация? Не понять. – Сеньорита же сама хочет, я чувствую. Может быть, она вас боится?

Куратор вздохнул, медленно поднялся на ноги. И волку-центуриону пришлось непроизвольно задрать голову. Даже при всем своем росте центурион был ниже более чем на полголовы. Казалось, был бы он псом, то бы прижал уши.

– Отойдем на пару слов, офицер, – почти сарказм в голосе куратора.

У меня аж кольнуло сердце.

Не надо никаких разборок!

– Рой! – я тоже вскочила. – Не надо. Мы ведь можем просто уйти?

– В этом нет необходимости, сеньорита.

– Рой! Я так хочу.

– Конечно, сеньорита.

– Прямо сейчас.

Я пулей проскочила мимо куратора к выходу. Едва удержалась, чтобы не схватить его за руку и не потащить за собой. Удержалась. Он пошел сам. Только кивнул центуриону: «Доброй ночи, офицер».

За дверь.

Вечерняя прохлада, далекий шум моря и треск цикад.

Я немного выдохнула.

– Идемте домой, – сказала я. – На сегодня хватит.

Я шла прямо по берегу моря, в сторону дома.

Купаться голышом в городе не стоит, но благопристойно прогуляться – сколько угодно.

Рой шел за мной, на несколько шагов позади, молча. Безразлично. Цепной пес.

Непрошеные советы и комментарии не в его компетенции.

А я права, я все сделала правильно – клиент всегда прав, даже если едва не спровоцировал драку. Я не могла знать. Он же сам предложил пустить их в зал, и поглазеть на оборотней. Он не предупредил, чем это может закончиться.

Я ищу оправдание? Почему это так волнует меня?