— Бойцы приготовились! Бой!

Раздалось наконец приглашение к поединку.

Приняв стойку Кан, я активировал меч. Защитная стойка позволяла атаковать из любого положения, и когда противник вместо сокрушительного натиска, который можно было ожидать от его габаритов, стал аккуратно, прикрываясь щитом подходить ко мне, кружа вокруг, я стал проворачиваться на месте, следя за его мышцами.

Датчик уведомил, что напряглись мышцы правой ноги противника, и через секунду, гигант сорвался с места, обрушив удар огромной дубины… Которая развалилась на две половинки столкнувшись с молекулярным лезвием. Он тут же отпрыгнул от меня, с удивлением посмотрев на огрызок, оставшийся от его оружия. Особенно обратив внимание на то, что срезана она была в месте, где была обита железом.

Ему тут же скинули на арену железную булаву, а я демонстративно подождал, не нападая, пока он её подберёт.

Гигант, сканирование тела которого ещё шло, поскольку я хотел знать всё о возможностях противника, второй раз был более осторожен и оружие старался не скрещивать с мечом. Его тактикой стало нанесение быстрых и невероятно сильных ударов и мгновенное отступление, он видимо хотел вымотать меня и ослабить. Главной проблемой в избранной им тактикой было то, что я не уставал, в отличии от него. Я видел, как постепенно в его мышцах накапливается молочная кислота, как с каждым следующим ударом, он на долю секунды задерживается с отходом. Всё время пока шло сканирование, я лишь отбивался, не атакуя, но едва оно было закончено, я мог читать движения соперника, словно открытую книгу. Каждое напряжение мышцы, каждое сокращение кожи говорило мне о направлении, скорости и угле атаки. Так что он стал больше не интересен, поэтому когда в очередной раз напал, стараясь таранным ударом булавы снести меня с места, я сделал всего один шаг навстречу и вонзил клинок в грудь, разрезав сердце на части. Затем когда он отшатнулся, я ударил второй раз, разрезав второе сердце, находившееся у него на уровне паха. Гигант застыл, булава и щит выпали из ослабевших рук и он завалился на песок арены. Под ним почти сразу стало расплываться пятно, которое стало впитываться в песок.

— Да уважаемые зрители, тем из вас, кто поставил на Безымянного, я могу только посочувствовать, — раздался весёлый голос, — я же заработал пятьдесят осколков. Что же не будем тянуть дальше, второй бой сегодняшнего дня в категории элитных бойцов. Соперником Мясника будет Призрак.

Трибуны загудели, когда ворота Арены открылись, но из них никто не показался. Визуально никого не было видно, но сенсоры, датчики движения прекрасно заметили колебание песка, а также преломление лучей света в некоторых местах, где песок проминался под весом противника.

Я решил немного схитрить, чтобы не затягивать бой. Нужно было показать свою растерянность и то, что я не вижу противника. Поэтому я и стал поворачиваться по часовой стрелке, махать мечом по воздуху, в общем делать вид, что никого не вижу и представляю из себя отличную мишень. К чести моего противника нужно отметить, что он не сразу атаковал такую беззащитную с вида цель, а кружился неподалёку, делая пробные атакующие движения, которые задевали тело, рвали одежду, но не причиняли мне реального вреда из-за брони, разве только что кожу рвали и пускали кровь.

Когда ему показалось, что я потерял достаточно крови и серьёзно ранен, Призрак предпринял последнюю стремительную атаку в спину. Он не видел, как я усмехнулся и резко повернувшись, насадил его тело на клинок. Разделённый на две части противник упал на песок и невидимость спала. Передо мной лежало голое существо с очень белой кожей, которое передвигалось на четырёх конечностях. Голова его была неестественно маленькой для подобных размеров тела, но зато когти на передних лапах были сантиметров тридцать не меньше.

— Он снова это сделал дорогие зрители!! — голос пронёсся по Арене, заглушая шум оваций, — раненный, окровавленный, но он победил! А я стал богаче на сто осколков, похоже я начинаю любить этого бойца! Несравненная Даль Ген Хо прошу вас спуститься за выигрышем.

Видимо, чтобы посмотреть, как она будет реагировать на меня сегодня, ко мне одним прыжком переместился молодой, лет двадцати трёх человек, с мечом в ножнах, и вторым в руках. При взгляде на который у меня начали отказывать все сенсоры и датчики, когда я попытался определить его состав. Собственно говоря мечом этот предмет был только условно, скорее выломанной частью тела, поскольку вместо рукояти и гарды у него белела кость, но вот само лезвие мерцало серебристым светом, показывая почему его назвали именно так.

Спустившаяся с одной из трибун девушка, гордо подошла к нам и приказала мне приветствовать её, упав на колени. Я молча это проделал, понимая, что она демонстрирует всем, что подчинила себе бойца. Мне было всё равно, кто там и что думает из людей, ведь если я освобожу сына, живой она точно не будет, это я решил ещё прошлый раз, когда забивали плетью сына.

Мужчина разочарованно скривился, видя моё послушание, но отдал меч, и громогласно объявил, что состязания элитных бойцов закончены. Сейчас пойдут драки попроще, за менее ценные призы. Закончив речь, он снова одним единственным прыжком, преодолев метров пятьдесят за раз, вернулся на своё место, оставив нас вдвоём.

— Хороший раб, — Даль Ген Хо пнула меня ножкой, когда я склонился ещё раз по её приказу, — добавляю тебе десять минут, по пять за каждого противника. Цени и благодари мою щедрость!

— Да госпожа, — спокойно произнёс я, удивляясь, как всё же люди падки на все эти проявления покорности и лести. Ведь видя хоть малейший шанс её убить, я сделал бы это не задумываясь, она же словно этого не понимая, красовалась перед трибунами, показывая своё превосходство. Налюбовавшись собой, она произнесла.