— Пентаграмма. Непонятные слова. Три осколка! — встав в эффектную позу и вытянув вперёд левую руку, громко выкрикнул мой подопечный.

После его слов, мне сначала захотелось схватиться за голову, но отступать было поздно. Конечно я не маг, но сто пятьдесят тысяч вольт электрошокера обеспечить мог легко, так что когда все противники свалились и стали трястись в конвульсиях, мы быстро ретировались с подопечным из сада, от греха подальше. Забившись в одну из ниш, какими изобиловали помещения Академии, мы затихли. Погони не было.

— Что ещё за заклинание такое?! — наконец смог отругать я парня, — просил же просто повторить за ним слово в слово!

— Прости Ник, но я был так ошеломлён нападением, что его слова просто вылетели из головы, — искренне повинился он, — а поскольку ты обычно наказываешь если кто-то не делает так, как ты просишь, то выкрикнул первое, что пришло в голову. Прости пожалуйста, если тебя подвёл.

Видя раскаяние и отчаяние на лице ученика, пришлось простить, ничего не поделать. В подобные моменты и проявлялась его «заторможённость» работы мозга, поскольку если на физические угрозы тело начало понемногу реагировать само, без участия мысленных процессов, то с неожиданными и главное новыми опасностями он пока не справлялся самостоятельно.

— Ладно, подождём тут до вечера, ну их эти приключения, — смиловался я, — как переоденемся в школьную форму и будем менее заметны на фоне остальных, так и продолжим изучение Академии.

Парень со мной согласился и чтобы попросту не терять время, стал отжиматься, приседать и подтягиваться, опираясь двумя руками за угол стены. Я не мешал, изучая карту, поскольку было интересно разглядеть все помещения указанные на ней. После недавнего приключения была сильная уверенность, что это нам пригодится.

Вот только долго ждать не пришлось. Через двадцать минут словно из неоткуда появилась сияющая, словно новенький меч Мила и молча схватив за ухо Чи Хона, поволокла его в сторону кабинета ректора. В котором обнаружились слегка помятые, знакомые нам личности. Они стояли на вытяжку перед ректором, который смакуя ругательства прохаживался по ним такими оборотами, какие не постеснялся бы произнести и бывалый военный.

— Вот! — женщина второй раз за день произнесла коронную фразу, когда втолкнула ученика в кабинет. На Чи Хона обрушилась волна ненависти, исходящая от стоящих на вытяжку студентов, которых мы недавно оставили валяться на земле.

— Благодарю вас декан, — при её появлении мужчина прекратил ругаться и вежливо пригласил её сесть за стул у своего стола.

— Четвёртый курс! Пред выпускной! — ректор также занял своё место, — Шесть человек, не смогли справиться с абитуриентом. Позор! Какой позор! Что я скажу вашим родителям в конце года, когда они спросят меня, готовы ли вы отстаивать границы клановых владений на Пустошах? А? Ву Линь?

— Нам нет оправданий господин ректор, — глухо ответил парень, старательно смотря в пол.

— Чем хоть он вас победил? — заинтересованно спросила Мила, — про меч можешь не отвечать.

— Не знаем госпожа декан, — он видимо был старшим в этой группе, так как за всех отвечал один.

— Прелестно! — ректор всплеснул руками, услышав такой ответ, — три года изучения всех доступных в Империи заклинаний под руководством лучших учителей. Горы потраченных осколков на сотни тысяч золотых. Год самостоятельной практики и ответ достойный увековечивания на памятной табличке на воротах Академии. Кстати хорошая идея, нужно будет сказать интенданту, чтобы занялся. Пусть повесит табличку с этими словами на аудиторию всего четвёртого курса.

— Господин ректор! — жалобно произнёс один из стоявших, — нас ведь засмеют!

— Отлично! — тот потёр радостно ладони, — три дня отработки у госпожи декана и вон из моего кабинета, бездари!

Подростки стали выходить и каждый. Каждый! Кинул такой взгляд на Чи Хона, что я довольно улыбался, всё вышло как нельзя лучше.

— Мне вот даже интересно стало, если его выпустить и дальше гулять по Академии, чем закончится этот день? — произнёс задумчиво мужчина, посмотрев на другого преподавателя, полностью игнорируя присутствие того, о ком говорил.

— Есть подозрение, что ничего хорошего, — весело отозвалась та, — но поскольку я давно хотела помучить. Ой, конечно же научить чему-то четвёртый курс, который вечно ходит с лицами великих Ищущих, то готова рискнуть. Всё равно Академия не моя, так что не жалко.

— Тебя уже поселили в общежитие? — внезапно ректор обратился к парню и увидев утвердительный кивок, жёстко сказал.

— Чтобы завтра до пяти утра не покидал комнату. Понятно?

— Да господин ректор.

— Свободен.