— Очень рада за тебя, Видана, — чувствую, что мама сейчас улыбается. Натянуто, но улыбается. Ей хочется начать разговор, но она не знает, как это правильно сделать. Словно может меня этим обидеть, да только я уже давно перестала вести себя как капризный ребенок. Реально смотрю на вещи. — А я тут с Анной недавно разговаривала, — начало интересующей ее темы, — они с Клариссой решили ненадолго в Россию приехать, чтобы нас увидеть, — скорее всего сбежать захотелось от Олега и его извинений. — Через пару дней должны быть тут. Если удастся поговорить с Олегом о поездке их дочери за границу. Уверена, что он отпустит ее, а может быть и сам появится на пороге нашего дома.

Достаю из микроволновки тарелку с ужином, ставлю ее на стол и, взяв вилку с ножом, сажусь на барный стул. Живот предательски начинает урчать, так как с самого утра ничего не ела, даже не перекусили с Джи в кафе, ведь было некогда на отдых. Хотелось купить платье и отмучиться с шоппингом, который последнее время вызывает море раздражения.

— Я не разговаривала с братом, мама, — решаю взять инициативу в свои руки, а иначе она так и будет ходить вокруг да около. Иногда Таисия Валентиновна мямлей оборачивается, не в состоянии что-то рассказать. Приходится из нее клешнями информация добывать.

— После того, как он попросил о помощи, а потом сбежал в свою Прагу, я вычеркнула его из своей жизни, — жестоко, но такова горькая правда. Скрывать свое истинное отношение я не намерена. — Зря ты, мам, думаешь, что стану с ним общаться. Скорее с неба жабы начнут падать, чем я наберу его номер, — поднимаюсь на ноги, беру нетронутое блюдо и вновь возвращаю в холодильник, беря оттуда яблоко. Перехотелось есть, просто фруктом перекушу. — А теперь извини меня, много работы в редакции, — нажимаю на завершение звонка, громко ругнувшись на всю квартиру.

Впервые в жизни я вела себя очень грубо с мамой, которая, по сути, ни в чем не виновата. Она просто хочет наладить отношения с сыном, увидеть его счастливым, рядом с любимой женой и их маленькой дочкой Клариссой, с которой он вроде как не может толком пообщаться. Лишь на некоторое время Анна дает ему возможность побыть с ребенком. Вот ведь видеть не хочет мужа, а на развод не подает. Неужели, самой приятно себя идиоткой ощущать? Или же ждет подходящий момент, когда можно растаять и простить его? Идиотка, считающая себя умной, взрослой женщиной. Если уж тебе изменили, закончи немедленно все отношения, которые ни к чему хорошему не приведут.

Сама когда-то ошибку совершила в прошлом и не пытаюсь найти оправдания для своего поступка. Ведь то, что было, прошло давным-давно, пора уже об этом забыть и двигаться дальше. И начать стоит с завтрашнего вечера, когда мы с Раулем сбежим с приема. Я решусь на важный шаг в своей жизни, перейдя на новый уровень отношений, который все изменит. Быть может, неспроста с ним судьба меня свела. Возможно, он и есть мое будущее, мой мужчина, с которым вместе пойдем, крепко за руки держась. Стоит все-таки попробовать рискнуть, чтобы обрести долгожданное счастье. И если я на это пойду, то буду не только известным журналистом, но стану и девушкой публичного человека, постоянно находящегося в центре внимания. Вот может прием не будет таким скучным с его там появлением, ведь этот фотограф точно не принесет веселья на вечеринку.

Уже в который раз кручусь перед зеркалом, пытаясь сделать идеальный макияж в темных тонах, но ничего нормального не получается. То тушью в глаз себе ткну, то криво подведу веко карандашом, то помада размажется. Все не слава Богу. Хорошо, хоть платье утюгом не спалила или не пролила на него кофе, тогда бы пришлось дома остаться в гордом одиночестве, дав этим мымрам из редакции повод для сплетен в мой адрес. Подумают еще, что я испугалась и не пришла. А Нинет решит, что она выиграла в нашем споре, и даст мне завтра же какого-нибудь глупого стажера с факультета журналистки, мечтающего работать в этом журнале. Тогда я точно сяду за убийство человека, так как не выношу снующих туда-сюда студентиков, задающих глупые вопросы.

Да, я сама когда-то была робким журналистом, делающим первые шаги в таком известном журнале. Порой даже по ночам плакала, когда работники ни во что меня не ставили, давая просто невыполнимые задания, от которых появлялись мысли о побеге из Франции и возвращении домой. Да только так было в самом начале. Чуть позже я научилась справляться с эмоциями и поняла, как нужно правильно себя вести с людьми, чтобы тебя не опускали ниже плинтуса. И теперь я популярна, имею собственный кабинет, вызываю любовь и уважение или же зависть и ненависть окружающих, не получившись таких огромных привилегий, и за пять лет работы на Нинет Колдер. Часто выскочкой меня называли, хотя и сменила статус на «первоклассная сучка». Сейчас практически опаздывающая на прием.

— Блядь, — матюкаюсь на всю гостиную, вздрогнув от мелодии мобильного телефона, лежащего на столике передо мной.

Ален Дюмаж улыбается мне с экрана смартфона, стоя в парке развлечений с шариками в руке. Полугодовая фока была сделана в его день рождения, когда он потащил меня кататься на аттракционах, словно маленькую девочку. С нами еще его девушка была, даже не подозревавшая о бисексуальности своего партнера. Или может она, просто делала вид, что не осведомлена? Кстати, красивая пассия. Жаль, что быстро расстались из-за банальной ссоры.