Саванна занята своей теперь уже успешной программой, а у Линка пошла в гору карьера в спортивной журналистике. Все двигались дальше, а я все еще работала в баре. Я всегда думала, что это временная работенка, но она приносила огромные чаевые. И, каждый раз, когда я искала другую работу, то от мыслей о долгих часах, просиженных за столом в офисе, мне становилось не по себе.

Я не хотела становиться предсказуемой. Не хотела быть скучной. Но мне также не хотелось застрять в этом баре навсегда, тем более что последние несколько месяцев работа стала превращаться в рутину.

«Ох, перестань думать об этом. Я контролирую и раскачиваю эту вечеринку…»

Уже собираясь отойти от стола, я неожиданно заметила Джексона.

Джексон — это брат невесты, парень, который сводил меня с ума во всех смыслах — как раздражал, так и возбуждал — ну и возможно, был инцидент, когда я оступилась и провела с ним неделю.

Это была всего лишь небольшая оплошность. Я нарушила девчачий кодекс «не пересекаться с братом лучшей подруги» и на мгновение позволила себе забыть, что секс усложнит уже и без этого непростые вещи.

Тогда чувство контроля покинуло меня. И сейчас, когда Джексон поднял на меня свои зеленые глаза, я почувствовала то же самое. Трепет, который я попыталась скрыть, охватил меня и распространился по всему телу. Мое темно-синие коктейльное платье без рукавов не скрывало мурашек на руках. По крайней мере, я была уверена, что темное кружево прекрасно контрастировало с моими светлыми волосами, а мой макияж сегодня был на высоте. Если от одного взгляда Джексона у меня по коже бегут мурашки, то мой внешний вид в такие моменты должен быть на высоте.

Было бы намного проще находиться в одной компании с Джексоном, если бы я не помнила, как его губы соприкасаются с моими — смесь нежности и колкости от его бороды. И если бы я не помнила эти большие мозолистые от работы подрядчика руки, которые прикасались к моей коже.

Быть в его объятиях.

Обычно, я не из тех девушек, которые вьются вокруг мужчины. Я ухожу так быстро, насколько это возможно, или вежливо указываю своему джентльмену на дверь, чтобы самой быть ответственной за его уход и не ждать, когда это произойдет. Джексон был единственным парнем, которому я позволила себя обнять после всего, что сделало меня уязвимой и почти раздавило, потому что теперь рядом с ним я все чертово время чувствовала себя беззащитной. Окончательно меня добило то, что мне понравилось быть в его объятиях и иногда хотелось оказаться там снова.

В данный момент я на пару секунд потеряла разум, увидев, что Джексон собирается подойти ко мне и заговорить.

Обычно я отлично сдерживала свои воспоминания — мои ночи с Джексоном были похоронены в самых дальних уголках разума. К сожалению, периодически они продолжали всплывать и мучить меня. Приходилось постоянно напоминать себе, как безобразно все закончилось потом.

Я приподняла свой подбородок, готовясь к прохладному разговору, приправленному словесными ударами. Джексон скрестил руки, которые я только что представляла вокруг себя, выставив свои чертовы мускулы, заработанные за годы занятий ручным трудом.

А еще у него идиотские идеальные волосы. Приятные, густые и удлиненные на макушке. Каштановые с медным оттенком, который можно было увидеть только на солнце. Его прическа выглядела так, как будто он просто провел по ней пальцами и вообще делал с ней всё, что угодно, но волосы все равно безупречно ложились на место.

Он коротко кивнул мне.

— Иви.

— Джексон.

До появления между нами размытых границ, наше общение с Джексоном обычно было чем-то средним между горячим спором и дерзким заигрыванием, от чего мы чувствовали, что ходим по краю, но потом это все переросло во враждебность, и он ясно дал понять, что в ближайшее время не станет открывать для меня фан-клуб. Я убедила себя, что ненавидеть легче — и ему, и мне. Всегда можно найти способ устроить все так, чтобы наши пути не пересекались. Если я сосредоточусь на этом, то смогу держать себя в руках.

— Я думал, что ради Саванны мы могли бы, — он провел пальцами по своей сжатой челюсти, будто у него были проблемы с произношением слов, — отложить в сторону наши разногласия и себя вести хорошо.

Фраза «себя вести хорошо» вызвала массу образов, которые были больше грязными, чем милыми. И определенно не об этом я должна думать в компании гостей, приглашенных семьёй Джексона и в большей степени состоявших из молодых дебютанток и джентльменов-южан. А приглашать кого-то, не принадлежащего этому обществу, было рискованно. К счастью, Саванна об это мало задумывалась.

— Полагаю, я справляюсь с этим. Но ты… — я позволила своим губам свободно расплыться в сладкой улыбке. — Продержишься всего на час. Ну, максимум два.

Злой огонек зажегся в глазах Джексона.

— Насколько я помню, есть только один гарантированный способ заставить тебя говорить «да» намного чаще, чем «нет», и на это как раз требуется около двух часов.

Моя челюсть отвисла, а кровь закипела от смеси гнева и желания. И я никак не могла выбрать, какое чувство сейчас больше преобладало надо мной. Я закрыла рот и пробормотала сквозь стиснутые зубы «Самоуверенный болван».