– Может и так, – не стал спорить Драко. – Но какой смысл дальше здесь торчать? Его телефон уже перестал сигналить, а это значит, что увеличенная добыча не выпадет. Так зачем нам это надо?

– Как это зачем?! А отомстить! – воскликнула Капризка.

– Ну ладно, допустим, отомстишь ты. И что дальше? Тебе что, легче станет? Успокойся, ему всё равно не жить. Это ведь корм, а корм в кормушке долго не протянет. Он уже труп, просто ещё не знает об этом. Мы и так кучу времени на него потеряли. Если тебя так волнует Викинг, не надо его хоронить. Это ведь первая смерть, будет ему воскрешение и новый старт, вспомни условия.

– Гарантия воскрешения не сто процентов, – мрачно заявила Капризка. – Мы не должны такое спускать.

– Да кончай ты уже капать мне на мозги! Забудь об этом мясе. А ногу свою браслетом подлечи. Регенератор её новенькой сделает.

– Не, у него перезарядка долгая. Жалко разряжать ради такой фигни.

– Ну тогда терпи.

– А я что делаю?! – чуть не взорвалась девушка.

– Да ладно тебе, не злись. Пойдём, в городе поищем аптеку, чем-нибудь заделаем, – и тут же Драко сменил тон, нехорошим голосом прокричав: – Эй, мясо! Ты здесь?! Слышишь меня?!

Не услышать такой крик невозможно, но Грешник, разумеется, отвечать не стал.

А Драко продолжил:

– Если ты ещё не подох, не радуйся! Не мы, так другие тебя завалят! И ты молись, чтобы это оказались другие! Потому что мы тебя убивать медленно будем! Очень медленно! Мы тебя запомнили!

Мёртвый Викинг весил раза в два больше, чем живой. Или труп пару вёдер воды впитал за те часы, пока мариновался под камнем, или Грешник ослабел из-за зноя и жажды, или ложное впечатление сложилось. Минут пять пыхтел, прежде чем переволок тело поближе к берегу и затащил на удобный камень. Начинался прилив, полоска доступной суши заметно сузилась, заниматься мародёрством над подводным уступом, где так и крутятся хищники, не хотелось.

Поначалу Грешник опасался коварства. Подозревал, что оставшиеся члены банды никуда не ушли, а только вид сделали, устроив спектакль для единственного зрителя. Отошли, не скрываясь, а потом тихонечко вернулись и устроили засаду на берегу. Там и сидят, дожидаются, когда жертва потеряет бдительность.

Но нет, при его появлении никто не начал стрелять или показываться из зарослей, что обнадёживало. Ведь враги не выглядели продуманными и терпеливыми людьми, зрелище близкой добычи должно заставить их проявить себя. Но, утешая себя такими размышлениями, до последнего ожидал подвоха со стороны суши.

Не дождался.

С сожалением покрутив в руках трофейную винтовку, Грешник отложил её в сторону. Здешняя реальность настолько ненормальна, что, скорее всего, использовать это оружие не получится. Ему для самозащиты оставлено лишь одно – голые руки. Возможно, существуют способы это исправить, но как о них узнать?

Неизвестно.

Затем, поколебавшись, вновь взялся за оружие. Внимание привлекло странное клеймо на левой стороне приклада. Причудливого вида изогнутые треугольники с расширенными основаниями сходились вершинами к одной точке. Внутри каждого наблюдался собственный орнамент тоже из треугольников, причём разных по размеру, виду и количеству. О симметрии говорить не приходится.

Простенький рисунок, но чем-то цепляет. Даже не скажешь чем. Чужеродностью своей, что ли? Вот не должны таким узором оружие отмечать, и всё тут.

Снова отложил винтовку в сторону. Стянул с трупа рюкзак, слил из него остатки воды, заглянул внутрь. Большую часть объёма занимал оранжевый чемоданчик, похожие Грешник уже наблюдал издали. На нём такое же клеймо с двух сторон – всё те же треугольники.

Только тут дошло, что такой знак он уже видел. Первый раз столкнулся с ним ещё в светящемся кубе, тот на одной из стен появился. Также в уголках экранов браслета и телефона пристроились аналогичные. Маленькие, в глаза не бросаются, а у него день выдался слишком нервный, чтобы сходу такие мелочи улавливать.

Отложив чемоданчик, жадно ухватился за второй предмет – пластиковую бутылку. Осталось около половины, и выпил Грешник всё одним махом, не видя причины растягивать удовольствие.

Да он даже не понял, что, собственно, выпил. Что-то жидкое и газированное, подробности неинтересны.

Проверил остальные отделения, но ничего не нашёл. Плохо, он рассчитывал на более богатую добычу. В том числе на одежду.

Придётся раздевать труп, а это не радует.

Покрутил в руках телефон, сняв его с шеи Викинга. Постучал по экрану, прижал палец.

Назначить телефон своим устройством?

Да/нет.

Интересная функция.

Ткнул в положительный ответ и с унынием убедился, что, на первый взгляд, трубка оказалась копией старой, утащенной бандой Драко. В том смысле, что полезных опций не добавилось.

Поменял браслет, но и тут ожидания не оправдались. Увы, новый срок активации также отсчитывался, секунда в секунду.

Первое отличие обнаружилось в галерее. Там появилась папка «Трофейные фотоматериалы», в ней лежали четыре фотографии. На двух запечатлены залитые кровью туши всё тех же корявых уродцев, на одной улыбающаяся Капризка, стоявшая в эффектной позе с винтовкой на плече на фоне большого бассейна, окружённого тропической зеленью и рядами шезлонгов.