Шрифт:
Подруга все еще была какой-то замороженной. Это начинает меня пугать. Русалка всегда на позитиве, она ничего не боится и не перед чем не отступает. Что с ней происходит сейчас?
Мы поехали по проспекту, повернули в переулок, прокатились вдоль набережной, наблюдая в просветах между деревьями поблескивающее на солнце лазурное море. А потом Русалка резко развернула машину и поехала не к своему дому, а в противоположном направлении. Я не задавала вопросов. Скоро и так все узнаю: куда мы едем и зачем.
Русалка припарковалась у дальнего конца набережной и вышла из машины. Я – за ней. Мы оказались в одном из ее любимых мест, она приходит сюда, когда ей надо подумать в одиночестве. Бродит среди огромных валунов, доходит до конца бетонного волнореза и сидит на нем, свесив ноги вниз. Похоже, сегодня мы будем сидеть здесь вдвоем.
Подруге хорошо, она в джинсах и в кедах. А на мне – туфли на шпильках и юбка. В таком виде не очень-то поскачешь по булыжникам.
Но пришлось скакать. Мрачная Русалка брела вперед, не оглядываясь. Похоже, она и не догадывалась о моих неудобствах. Черт. Каблук застрял. Я остановилась, сняла туфлю и дернула ее. Безрезультатно. Со второго раза мне удалось вытащить каблук из щели между камнями вместе с куском доски. В доске была щель, и моя шпилька ввинтилась прямо в нее.
– Ешкин кот! – выругалась я.
Русалка обернулась.
– Я не могу идти дальше, - сообщила я.
Подруга подошла ко мне, и мы совместными усилиями освободили каблук.
– Давай останемся здесь, - взмолилась я. – Я знаю, что ты хочешь на мыс. Но я до него не доберусь.
– Ладно.
Русалка села на камень, нагретый ярким весенним солнцем. Я примостилась на соседний.
– Аркадий не хочет на мне жениться, - выпалила она.
– С чего ты взяла?!
Это бред. Аркадий без ума от Русалки, это видно невооруженным взглядом.
– Мы помолвлены уже полгода. Раньше он часто говорил о свадьбе, хотел назначить дату, требовал, чтобы я, наконец, определилась. А теперь – ничего. Молчит.
– Может, он ждет, когда ты созреешь?
– Я уже созрела.
– А он об этом знает?
– Я намекала! Очень прозрачно намекала. Он делает вид, что не понимает.
– Может, правда не догоняет? Мужчины иногда страшно тормозят...
– Это не тот случай.
Русалка покачала головой.
– А, может, все-таки...
– Нет! Он понимает. Я знаю, что понимает. Вижу.
– Но продолжает прикидываться шлангом.
– Да.
– Это странно.
– Или закономерно, - произнесла Русалка.
– Что ты имеешь в виду?
– Мы привыкли друг к другу. Раньше был фейерверк страсти, а теперь... Все ровно.
– Это нормально. Не может же все время быть фейерверк.
– Я ему наскучила! – выпалила Русалка и вскочила.
– Ерунда! Он тебя обожает!
– Ты всего не знаешь...
Русалка все же помчалась на волнорез. Я заковыляла за ней вслед. Пройдя пару десятков метров, я остановилась. Зачем я ее преследую? Если ей хочется побыть одной, пусть так и будет. А я подожду ее здесь.
Лучше бы эта гениальная мысль пришла в мою голову раньше. Сейчас я стою ровно посередине каменистого берега, между кромкой воды и грунтовой дорогой. Вокруг – огромные валуны и булыжники всех размеров. Как я буду выбираться в этих дурацких туфлях?
В итоге я стянула колготки, сняла туфли и запрыгала по камням босиком. Давно надо было так сделать! Хоть до лета еще два месяца, солнце старается изо всех сил, и камни совершенно не холодные. Даже приятно прогуляться по ним босыми ногами.
Я не мешала Русалке сидеть на волнорезе и пялиться в воду. Наверное, ей страшно хочется прыгнуть в бирюзовую гладь и занырнуть поглубже. Она обожает море. Но сейчас температура воды градусов десять, максиму – двенадцать. А моя подруга все же Русалка, а не тюлень.
Мы встретились у машины.
– Спасибо, что поехала со мной, - произнесла Русалка.
– По-моему, я тебе только мешала.
– Нет. Ты мне помогла.
– Чем?!
– Тем, что была рядом.
– Обнимемся?
– Обязательно!
Мы потискали друг друга, посмеялись, и уселись в машину.
– Ты поговоришь с Аркадием? – спросила я.
– Поговорю. Надо только придумать, как начать этот сложный разговор.
– Просто начни.
– Не могу же я в лоб спросить, не передумал ли он на мне жениться!
– Насколько я тебя знаю, ты всегда все спрашиваешь в лоб.
– Это не тот случай.
– Ну почему все так сложно?!
Этот вопль отчаяния относится не только к проблемам Русалки. Моя личная жизнь запутана еще сильнее. Но сейчас я не буду жаловаться подруге. Ей своих забот хватает.