Я успела промерзнуть на холодном ветру, сопровождавшем ледяной дождь, и очень хотела сесть в машину. Но возле меня затормозил автомобиль, это добрый самаритянин остановился, чтобы спросить, не нужна ли помощь.

– Был какой-то хлопок, - объяснила я молодому мужчине в кожаной куртке, вылезшему из черного «Ягуара». – Я подумала, может, колесо лопнуло. У меня такое было недавно.

Он обошел мой автомобиль, проделал те же действия, что и я: попинал шины, присел перед колесами. И вынес вердикт:

– Все в порядке. Видимо, камень по дну ударил.

– Спасибо. Я тоже так подумала, но решила убедиться.

– Правильно. Безопасность – превыше всего. Кстати, можно я запишу ваш телефончик?

– Э-э... зачем?

– Позвоню, чтобы убедиться, что вы благополучно доехали. Я, кстати, Богдан.

– Спасибо, Богдан. Но мне как-то сейчас не до этого.

Я неопределенно махнула рукой.

– Не до чего?

– Не до обмена телефончиками.

Какой Богдан, когда у меня в голове с утра до вечера маячат прекрасные карие глаза моего нового соседа! Кстати, я даже имени его не знаю до сих пор.

– Понял. Но мой все же запишите. Если вдруг что – я сразу примчу. Серьезно.

– Если – что?

– Вдруг помощь понадобится. На дороге. Или не на дороге. Всякое бывает.

– Спасибо, но...

– Мне «спасибо» не нужно. Просто запишите мой телефон. Пожалуйста.

Он состроил такую комичную просительную рожицу, что я не удержалась от улыбки.

– Ну, хорошо. Будете у меня в телефоне Чип и Дейл.

– Что? А, понял.
– Он выглядел очень довольным.- И последнее: как вас зовут?

– Ника. 

Он уехал, радостно помахав мне на прощанье.

Только я собралась сесть в машину, как какой-то лихач пронесся мимо, едва не задев меня крылом и окатив грязной водой из лужи. Придурок! Я выругалась ему вслед, но ситуацию этим было не исправить. Я вся была в коричневых брызгах, с головы до ног. Даже моя светлая блузка, торчащая из распахнутой куртки, даже лицо! Как я теперь сяду в машину?

Откопав в багажнике плед, я постелила его на сиденье, села и завела мотор. Скорее бы согреться! До дома было недалеко, там – ванная и чай, но по пути маячил «МакАвто». Я завязала с фастфудами, но сейчас мне так хотелось горячего латте! Дома-то его нет. Я купила кофе, пирожок с вишней и поехала домой. В машине пить латте было невозможно, он был обжигающе горячим. Так что я пила его по пути к подъезду, заедая пирожком.

Вы, наверное, уже догадались, кого я встретила в лифте, ввалившись туда в своей забрызганной куртке, в белой блузке в коричневую крапинку, с лицом, по которому была размазана стойкая дорожная грязь. Ну и для довершения картины - с кофе и с пирожком в зубах. С пирожка капало повидло. Мне на блузку.

Мне было все равно – я собиралась ее выкинуть. Вместе с мечтами о страстном романе со своим сногсшибательным соседом.

Он нажал на кнопку нашего этажа, я отвернулась в угол, автоматически продолжая жевать пирожок. А что мне оставалось делать? Он даже не поздоровался!

Когда лифт остановился, он почему-то не вышел. Я не сразу сообразила, что он пропускает меня. Ах, он еще и джентльмен! Но этот джентльмен мне не светит. Судьба явно против нашего романа – иначе почему она подстраивает все так, что я все время предстаю перед ним в самом непрезентабельном виде?

Я выскочила из лифта, по-прежнему не поднимая глаз. Бросилась к своей двери, начала копаться в сумке в поисках ключа. Пирожок я уже дожевала, но кофе мне мешал, неудобно было держать сумку и одновременно рыться в ней.

Внезапно я почувствовала, что рядом со мной кто-то стоит. Ну конечно, мой предупредительный сосед. Он аккуратно вынул стаканчик кофе из моей руки, взялся за одну ручку сумки, чтобы мне удобнее было в ней рыться. Выудив ключ и вставив его в скважину я, наконец, решилась поднять на него глаза. Лучше бы я этого не делала. Тогда у меня бы оставалась надежда. Его взгляд убил ее.

Он смотрел на меня с жалостью. Так смотрят на брошенных собак, на больных стариков и несчастных сумасшедших. Но точно не на девушку, которая хоть немного нравится. Хоть каплю!

Я взяла у него стаканчик с кофе, при этом умудрилась снести крышку, так что часть напитка расплескалась и попала на его джинсы. Он инстинктивно отпрянул. Я ввалилась в квартиру, сползла на пол, поставила рядом злополучный стаканчик и разрыдалась.

После нашей третьей встречи, убившей все мои надежды окончательно, я была готова снова скатиться в пучины депрессии. Но для депрессии нужен досуг, а у меня теперь его не было. Я устроилась на новую работу, которая забирала у меня не только восемь часов день пять дней в неделю, но и массу душевных сил.