— Хороший мальчуган, — она потрепала меня по щеке.

— Генри, налей еще даме!

— Сейчас!

И понеслось. События наутро я помнил урывками. Стаканы, гремящее из динамиков кантри, Билл, поездка домой уже с Тами, дикая скачка на мне… Господи!

Я с трудом разлепил веки. Спальня, где я оказался, была залита утренним солнцем. И я был не один. Тами стояла у окна спиной ко мне в одних трусиках. Вот она натянула бюстгальтер, потянула со стула шортики…

— С добрым утром, зайка! — она повернулась ко мне вполоборота.

— Разве утро может быть добрым? — простонал я. Вот это я вчера нажрался… Голову свело, словно на ней была каска, размером меньше черепа, а во рту словно медведь опорожнился.

— А ты был вчера хорош! — Она подмигнула мне. — Если задержишься, еще повторим.

— Возможно, — ответил я. Неужели я один так набрался? Тами была свежая и совершенно не выглядела разбитой. Фу-у, как от меня разит… Новый аромат «Перегар от Бодунофф».

— Пошли перекусим, — она снова подмигнула мне.

— Неее, — застонал я. При одной только мысли о еде, меня начало выворачивать.

— Да ладно, пошли! — она подошла к кровати, и потянув за руку, помогла подняться.

Я натянул свои вещи с пятого раза, то путаясь в вывернутых рукавах, то не попадая в штанины. Наконец мне это удалось, и я, держась за стену, потащился в кухню.

— А, вот и ты! — радостно приветствовал меня Билл, ставя передо мной тарелку со здоровым куском мяса.

— Есть что попить? — простонал я.

— А как же, — Билл открыл холодильник и вытащил оттуда сикс-пак холодного «Лон стар».

— Мне тоже, — заявила Тами, орудующая ножом и вилкой с таким же стейком.

— Ну как он тебе? — спросил у нее Билл.

— Наш человек. Натурал. Умучал меня за ночь. А хрен у него как монумент Вашингтону, — Тами отправила кусок мяса в рот, и повернула ключ на банке.

Я приложил ледяную, истекающую конденсатом банку к своей больной голове. Потом не выдержал, сорвал кольцо и выхлебал ее в два глотка. Вроде слегка полегчало. Я потянулся за второй.

— Ты жуй, жуй. У нас еще дела сегодня есть.

Тами прикончила свой стейк, допила пиво, и сделала нам ручкой.

— Ну все, мальчики, я пошла!

— Хорошая баба, только слаба на передок, — сказал Билл через пару минут после того, как она скрылась за дверью. — Хотя ее можно понять, мужа пару лет как похоронила. Вот и старается урвать свой расцвет, чтобы потом вспомнить что было.

— А что замуж не выйдет?

— Когда и за кого? — хмыкнул Билл. — У нее свое ранчо, разводит верховых лошадей, некогда ей. Да и не хочет она никому принадлежать, гордячка.

Я решил не делиться с Биллом своими мыслями по поводу гордых и независимых женщин. А то еще забанит кулаком в лоб.

— Доел? Тарелки в мойку, потом вымоем. Пришел в себя?

— Ну вроде да, — я прислушался к своему организму. Все-таки усиленная биоэнергетика в сочетании с холодным пивом с похмелья творит чудеса.

— Значит так. Ну поскольку я вижу, что ты нормальный мужик, я тебе помогу.

— Уважаю вечные ценности — сиськи и пиво? — ввернул я афоризм из «Сауз Парка».

— Ну примерно так. Значит, по твоему ножу, — он выложил клинок навахо на стол. — Нож не простой, как я уже говорил. Ну а украшения на нем, как сказал наш Индеец — да ты видел его вчера в баре, чернявый такой — из резервации в Аризоне, точнее каньон Антилопы. Для него нож может сказать то же, что для нас с тобой открытая книга. Обещал узнать по своим каналам, кто же такой умный и за что тебя заказал. Причина должна быть, и серьезная, вроде убийства родичей уважаемых членов племени, вроде родственников вождя или еще кого. Просто так на земли белых, тем более так далеко, воинов не посылают. Кому дорогу перешел?

— Не знаю я, — честно сказал я. — То есть теперь-то перешел, замочив двоих, но до этого вообще не с индейцами, ни с их делами не сталкивался.

Ну если конечно не считать безумного трипа по Колумбии и Перу, но где гуарани, а где навахо, тут вообще никакой связи нет.

— Это-то и странно. А конкуренты?

— С этими проще. Вылез один придурок со своим кланом, претендует на тот же кусок, что и моя фирма. Ну вот тут я ему хорошо на мозолях потоптался. Ответка наверняка будет.

— С пришлыми мы разберемся. Все уже в курсе, что сюда могут заявиться нехорошие дядьки со стволами. Как только кто появится, мы будем знать. Ладно, поживешь у меня, будешь мне помогать. Не белоручка?

— Да вроде замечен не был, — пожал плечами я.

— Ну а раз так, надо бы тебе иметь под рукой оружие.

— У меня есть…

— Что? Вот эта твоя свистулька? — насмешливо сказал Билл. — Пойдем покажу. Подберешь себе.

Я спустился за Биллом в подвал.

— Ну, смотри.

Вот тут уже отвисшая челюсть отбила мозги мне. Тут вооружения хватило бы на пехотный взвод — винтовки, простые и автоматические, автоматы, и как вершина развития — самый настоящий немецкий МГ-42, стоящий на сошках на ящике как хищное насекомое вроде богомола.