—Я? Боюсь? — ответил тенор дрожащим голосом. — Конечно, нет. Но я очень люблю считать, а тут представился такой удобный случай поработать всю ночь…

—Занудни, разве вы забыли? Мы собирались погулять с вами в парке, при луне. Только вы и я.

—Да, но…

—Подождите, милорд, я сейчас переоденусь. Постараюсь не задержать вас…

—Эй! — слабо воскликнул Лафайет.

—Странная акустика в этой комнате, — нервно произнес Занудни. — Я мог бы поклясться, что кто— то только что сказал «эй».

—Глупенький, — ответил нежный женский голос. Послышалось мягкое шуршание ткани, за которым последовал взволнованный блеющий возглас. Женские ножки остановились у шкафа; изящные женские ручки сняли одну туфлю, потом другую. Ножки поднялись на цыпочки, и пышная в складках юбка упала на ковер. Мгновением позже рядом с ней легла еще более воздушная принадлежность женского туалета.

—Но, миледи! — вскричал задыхающийся голос. — Eго высочество… К черту Его высочество!

Сапоги кинулись вперед и с размаху наступили на крохотную женскую ступню. Раздался дикий визг и послышался звук второй за вечер увесистой пощечины.

—Кретин! — взвыл женский голос. — Лучше мне на всю жизнь остаться в этой дыре, чем..

—Ах вот в чем дело! — вскричал Занудни. — Заманила меня, чтобы я устроил ей побег, а сама решила нарушить договор! Ну нет, миледи, номер не пройдет! Я получу все, что мне причитается, сейчас, немедленно.

Лафайет, откинув полог, быстро выбрался из-под кровати и вскочил на ноги. Обладатель черных сапог — высокий худой мужчина лет пятидесяти — резко обернулся, хватаясь за эфес шпаги, и окинул комнату диким взглядом. Дафна — или леди Андрагорра — в коротенькой рубашке стояла на одной изящной ноге и массировала пальцы другой.

Лафайет осторожно приподнял подбородок Занудни, чуть повернул ему голову и нанес сильнейший удар правой, от которого милорд нелепо взмахнул руками, пролетел до стены и, стукнувшись о нее с тупым звуком, свалился на пол.

—Занудни! — прошептала леди Андрагорра, испуганно следившая за необычным полетом. — Что… как… почему…

—Я покажу этому мерзавцу как расстегивать молнии! — вскричал Лафайет, угрожающе надвигаясь на полуголую женщину. — А ты, ты… мне стыдно за тебя! Что ты нашла в этом сутенере!

—Я слышу твой голос… о, любимый.. я слышу тебя… но я тебя не вижу! Где ты? Ты… ты не дух?

—Еще чего! — Лафайет откинул капюшон плаща. — Я из плоти и крови, но должен тебе сказать…

В течение нескольких секунд она неотрывно смотрела на голову Лафайета, обрамленную пустотой, затем глаза ее закатились, и с легким вздохом девушка упала на красный ковер.

—Дафна! — вскричал Лафайет. — Очнись! Я тебя прощаю! Бежим скорее, нам нельзя терять времени! В дверь громко постучали.

—В спальне миледи находится мужчина! — раздался зычный голос. — Стража, ломайте дверь!

—Подожди, сержант, у меня есть ключ.

—Выполняйте приказ! — Сильный удар потряс дверь до основания. Послышались звуки падающих тел. — Ладно, давай сюда ключ!

Лафайет нагнулся, подхватил лежащую без сознания девушку на руки и попятился, прячась за широкими портьерами. Замок щелкнул, дверь распахнулась настежь, и в комнату ворвались трое мужчин в вишневых рубашках с кружевными воротниками и манжетами и розовых бриджах в обтяжку.

Они остановились как вкопанные и недоуменно огляделись по сторонам.

—Никого нет, — сказал один из них.

—Пусто, — согласился второй.

—Но мы слышали чьи-то голоса!

—Значит, ошиблись.

—Или…

—Или сошли с ума.

—Или здесь место заколдованное.

—Э-э-э… мне пора, — заявил третий, пятясь к двери. —

Ребята не могут играть без четвертого, а партия осталась незаконченной.

—Смир-рна! — рявкнул сержант. — Доиграешь, когда найдешь!

—Вот как? Может, тебе не терпится поздороваться с каким-нибудь всадником без головы?

—Ты меня не дослушал, — твердым голосом произнес сержант.

— Приказываю всем идти играть в карты. Кру-угом!

Шаги начали удаляться, и в это время Лафайет услышал знакомое потрескивание в эфесе шпаги. «Ох, только не сейчас», — взмолился он.

—Бабочка вызывает Летуна, — захрипело в районе его левого локтя. — Летун, Летун, почему не выходите на связь?

—Ты слышал? — раздался взволнованный голос. — За портьерами.

—Летун! Немедленно доложите обстановку!

—Заткнись, кретин! — прошипел Лафайет в направлении левого бедра и быстро отступил в сторону, когда чья-то грубая рука отдернула портьеры.