Я шел по мягкой траве Я шел по твёрдой земле и гравию Я видел море и благородно стоявшие ещё нетронутые столбы деревьев что образовывали гармонию своего природного расположения Я видел солнце и его отсутствие я был одержим Вскоре дорога закончилась перед глазами пропало небо и я очутился у контура горного массива Среди больших глыб виднелась земляная дорожка которая извиваясь уходила далеко за пределы видимости Не задумываясь я ступил на неё и пошел повинуясь форме Мои ноги и тело всё выше и выше отрывались от земли Я будто шел в рай собственными силами Целеустремленно с замиранием сердца от неизведанного что ждало меня на самой вершине

С каждым метром воздух становился всё холоднее и чище С такой высоты земли не было уже видно деревья стали зелеными точками Я совсем продрог но не чувствовал дискомфорта Холод убрал всю усталость моего тела а ум сделал чистым и ясным Мысли отвлекли меня я и не заметил как дошел до самой высокой точки На той точке стоял домик похожий на крепость Окружен он был высокой оградой за которой торчали крыши Смешанное чувство окутало мою голову Я был огорчен что и этот клочок прекрасной земли кемто уже застроен и насижен но в тоже время было чувство благоговейного спокойствия

Я подошел к высокой старой двери Мой кулак опустился в ударе На второй я услышал еле уловимые шаги Дверь распахнулась и я вошел готовый принять свой путь каким бы он ни был

В тени от арки стоял мужчина непонятных лет Его тело обволакивала стёршаяся холстина а бечёвка служила пояском которая удерживала весь наряд от раскрытия

Интерьер почти ничем не отличался от внешнего вида здания Грубый неотесанный камень крепко держался своего предназначения Сорняки располагались по всему периметру и прорастали через трещины на полу Здесь не говорили ибо слова нарушали тот покой и равновесие что здесь преобладали над телом человеческим Только два раза за смену четырех стихий природы разрешалось петь в эти два дня о чём я узнаю позже Всё остальное время эти дети живой природы и смертного тела занимались разными делами что заставляло их держать внутренний покой и умиротворение еще будучи живыми людьми несовершенными но ждущими конца и готовыми к нему цельными и просветленными

Всё здание разделялось на три сектора В первом секторе располагались кельи где каждый набирался сил для поступков высоких Где сознание бороздило просторы неизведанные и миры непознанные черпая в них знания и мысли еще недоступные здесь и сейчас Во втором секторе находилось помещение для тела и его пороков где мы ели пили и испражнялись Здесь не было окон и света дабы всё сущее и живое не видело наших недостатков и пороков Третий сектор был отведен под ремесло и свет разума где и проходили мои и наши дни в постоянном труде совершенствования

Было нас немного считать и пересчитывать дело низкое неправильное Нас было столько сколько и должно было быть для нас самих и для всего В тишине когда погружен в свой скелет всем остальным начинаешь чувствовать правильный ритм поступков и действий Моё тело быстро освоилось а разум принял свой путь исповеданья и движения

Дни здесь не считали и не разделяли их на свет и тьму нерушимый баланс всего всегда оставался нейтральным в наших головах и сердцах что поддерживали идеи первого Я подолгу сидел в углу питаясь ритмом шагов этих существ и тех редких звуков работы что доводилось слышать в главном зале Как то бабочка села мне на плечо и я почувствовал её шепот и её дыхание затем она рассказала мне о радостях тех секунд что происходят бесконечно много вплоть до затмения и я плакал как дитя видя в бабочке часть земли нашей общей нашего счастья общего и бед наших Она улетела оставив мне радостную печаль что я не могу полететь за ней так как крылья мои еще не выросли

Большая мозаика была почти готова На ней я изображал всё что было во мне и в то же время всё то чего во мне еще не было Серединная часть рукоплескала солнечным светом и зелеными полями постепенно обволакиваясь к краям дымкой а затем и тьмой где лес и её жители пребывали в заточенном мире своих драм и радостей Самый край я обложил цветами грязными и не послушными где изобразил себя и тюрьму в которой я сижу заложником рожденным не по собственной воле но воспитываемый волей своей Я положил последний мазок угла грязи себя Я отхожу на расстояние дабы цельность восторжествовала для моих глаз я вижу жизнь свою и стремления свои о которых знал всю жизнь но о которых умалчивал от себя боясь этого пути и этой жизни Осталось совсем немного

Выйдя во двор я беру тот камень что могу поднять но не меньше Возвратившись к своему ребёнку я разбегаюсь что есть сил и кидаю камень в самое сердце Кажется что звон стекла никогда не прекратится Дождем рассыпается то что я породил Пыль застилает мне глаза Я вижу ураган что несется мне в сердце и разум Прекрасное зрелище

Завершение одного пути и начало нового Когда буря утихает я начинаю неторопливо и с наслаждением раскладывать цветные осколки на полу Мне предстоит долгий путь дабы собрать свою жизнь заново и дать ей то завершение о котором я еще ничего не знаю но которое будет именно таким каким оно и должно быть

С последнего песнопения прошло много времени Я совсем зарос и работа моя обрастала Иногда я был настолько поглощён ею что падал в голодный обморок Но даже находясь во сне я продолжал свой путь и был он светел и не было в нем усталости Клей обволакивал ребра осколков а те складывались в новое пророчество и новую жизнь в середине которой меня все также не было ну и славно Все также был я сер и грязен но моя грязь была мне родной и в ней я чувствовал себя дома Вскоре фигура облепилась окружающим цветом иного характера За всё время я не пытался смотреть целиком фрагменты и только