Шрифт:
Она выслушала его с каменным лицом.
– Значит, тебя беспокоит мысль, что ты многое пропустишь… если останешься со мной, так?
«Ее послушать, так выходит, что я подонок. Но может, ей будет легче, если она будет так обо мне думать? А может, я и впрямь подонок?»
– Сколько, по-твоему, пройдет времени, когда я начну презирать тебя так, как мой отец презирал меня и мою мать? – наконец спросил он.
– Это никогда не случится.
– Я не хочу рисковать.
– В таком случае тебе лучше уйти.
Глава 9
Хейли оставалась на «Принцессе Миссисипи» до самого Нового Орлеана. На каждой остановке она ждала, что вдруг появится Джастин, чтобы сказать ей, какой он идиот и какую совершил ошибку.
Он действительно идиот. И насчет ошибки тоже правильно. Она прекрасно понимала причину его нежелания связывать себя обязательствами: он сказал, что не готов. Она с этим не была согласна. Ведь они не какие-нибудь недоучившиеся тинейджеры, у которых должен родиться ребенок. Их брак не обернется семейной тюрьмой, как это случилось с родителями Джастина.
В тот вечер у него был такой затравленный вид, что она поняла: все ее доводы бессмысленны. Однако она не собирается ни умолять его, ни вертеться где-нибудь поблизости, ни ждать. Если ей представится возможность, она с удовольствием даст ему почувствовать, что он потерял, от чего отказался. Но он должен будет позвонить первым.
В Новом Орлеане Хейли отказалась от круиза в Пуэрто-Рико и улетела самолетом обратно в Мемфис. Дома она пряталась в своей квартире, питаясь замороженными обедами и шоколадом, а по вечерам смотрела видеофильмы.
Но через три дня продукты кончились.
– А чему тут удивляться? – бурчала она себе под нос, шаря в холодильнике. – Кто ест спагетти с мясом на завтрак? Да еще двойную порцию!
«Если спрятать волосы под бейсбольную кепку, надеть темные очки и прокатиться в отдаленный район, можно рискнуть заехать в какой-нибудь супермаркет и отовариться», – решила она.
Не очень-то разумно было делать на обратном пути крюк, чтобы проехать мимо дома Лолы. Притормозив на углу улицы, она увидела у дома грузовик. «Неужели уже конец февраля?» подумала Хейли, вспомнив, что отъезд матери в Сан-Сити был намечен именно на это время.
Она припарковала машину так, чтобы ее не заметили, и стала наблюдать за тем, как из дома выносят мебель и вещи, которые она помнила с детства.
Лола была счастлива. По крайней мере, мать показалась ей такой, когда Хейли позвонила ей из Нового Орлеана. Лола все еще переживала свадьбу дочери и с восторгом рассказывала, какую чудесную квартиру она присмотрела в Сан-Сити.
Хейли не рассказала матери, что Слоун вернулся в Эль-Бахар. Она не сказала матери, что Джастин вернулся в Мемфис. Но самое главное она не сказала ей, что еще никогда в своей жизни не была так несчастна.
– Я не собираюсь требовать у Хейли оплаты за свои услуги в качестве шафера, – заявил Росс. Он раскачивался в гамаке, натянутом в середине гостиной. – Карточная игра принесла мне кругленькую сумму.
– Вот и хорошо, – откликнулся Джастин. Он все равно заставил бы Росса вернуть Хейли деньги, если бы она ему заплатила. – У тебя здесь жуткий холод, – поежился он и выключил вентилятор.
– Да, океанский бриз может быть довольно кусачим.
Поскольку Росс поставил все стулья на диван, чтобы освободить место для гамака, Джастин сел на пол.
Надев пластиковые солнцезащитные очки, Росс попросил:
– Включи, пожалуйста, кварцевую лампу.
– Да ты поджаришься!
– Я хочу немного загореть. Матросы на острове Бали были загорелыми. Это нужно моему герою.
– Что нужно твоему герою, так это позвонить Хейли, – сказал Джастин, включая кварц.
– Ты не можешь хотя бы десять минут обойтись без того, чтобы не упомянуть имени Хейли?
– Нет. Она мне нравится, а ты нравишься ей. Росс ничего не знал о том, что между ними произошло на пароходе, и Джастин не собирался ему ничего рассказывать. Время, проведенное в постели с Хейли, было самым прекрасным и самым ужасным в его жизни.
За две недели, прошедшие с тех пор, как он незаметно сошел на берег с «Принцессы Миссисипи» в Виксберге, он не переставал думать о Хейли, хотя у него минуты не было свободной: информация, выданная компьютером, требовала тщательной перепроверки.
«Я должен забыть о ней, – убеждал он себя. – Она мешает моей работе. Мешает дружбе с Россом, который то обзывает меня идиотом, то уговаривает позвонить ей. Мне нужно время, чтобы подумать. Но как я могу думать, если все мои мысли только о ней?»