— Все Бейкеры живут неподалеку? — спросила она.

— Да. У всех большие дома. Дана живет в Эксетере. Сильвия и Дилан в поместье «Олвэйз Мэнор», у него своя квартира… Томас с женой в том же поместье. А Стивен с семьей обитают над своим магазином во Фром-Кроуфорде.

Тед долго изучал список, его руки дрожали. Он был бледен, когда они приехали, но теперь его лицо стало белее мела. Он покачал головой.

— Вы многим… это… показывали? — спросил он, начиная кашлять.

— Нет, — ответила Кейт, — только вам.

У Теда начался болезненный приступ кашля, и они неловко ждали, пока он закончит.

— Пожалуйста… хватит. Мне нужно немного поспать, — сказал он.

Когда Кейт и Тристан выехали с аллеи на прибрежную дорогу, взошла полная луна, открывая прекрасный вид на море. Они ненадолго остановились, чтобы полюбоваться лунным светом, мерцающим на спокойной воде.

— Думаешь, это кто-то из семьи Бейкеров? — спросил Тристан.

— Я лишь знаю, что связь с «Хедли-Хаус» насторожила меня. А еще тот факт, что Аррон Ко мог быть замешан в этом деле, что в свою очередь означает, что Генри Ко тоже может быть причастен, — сказала Кейт.

— Кто бы это ни был, ему нужен подвал или погреб, и он вполне может быть в этих больших старых домах, — сказал Тристан.

— Как считаешь, поведение Теда изменилось, когда мы показали ему список?

— Он казался напуганным, но он умирающий старик с секретами. Я бы тоже испугался.

— Испугался чего? — размышляла Кейт.

— Он много лет боялся последствий, поэтому до сих пор молчал. Семья Бейкеров очень могущественная, а еще в деле замешан глава полиции. Нет ничего страшнее, чем когда полиция коррумпирована и работает против тебя.

— Я хочу поговорить с ним еще раз, — сказала Кейт. — Давай позвоним ему завтра.

Тристан кивнул, и они отправились обратно к Эшдину.

После того, как Кейт и Тристан покинули дом Теда, ему пришлось поспешить наверх в ванную, где у него случился долгий, болезненный приступ кашля, закончившийся тем, что он повис над унитазом и начал кашлять кровью.

Когда приступ закончился, он снова сел на пол в ванной. Его любимая кошка, серая сиамская по кличке Либерти, появилась в дверном проеме, протиснулась между его ног и замурлыкала. Тед посмотрел в ярко-зеленые глаза Либерти. Казалось, она могла заглянуть ему в душу и утешить его. Послышалось теплое мурлыканье, когда еще четыре кошки поднялись по лестнице и вошли в ванную. Они вились у его ног, утыкаясь носами в ладонь, прижимались к нему теплыми, пушистыми боками, пытаясь успокоить хозяина. Тед знал, что умрет в одиночестве, но внезапно его охватил страх за своих кошек. Он знал, насколько безжалостной может быть семья Бейкеров, и оставил в своем завещании указания, как найти для кошек новый дом, но что, если эти ублюдки отомстят его кошкам? Они были единственными товарищами, которые остались у него в этом мире.

— Зачем я с ними разговаривал? Зачем я это сделал? Мне очень жаль, так жаль. Они не причинят вам вреда. Я никому не позволю вас обидеть, — захныкал Тед, уткнувшись лицом в гладкую кошачью шею. Он поднялся с пола ванной и подошел к телефону в коридоре.

Трясущимися, словно налитыми свинцом, руками он снял трубку и набрал номер. Ответивший голос все еще заставлял Теда холодеть от страха.

— Я просто говорю тебе, хочу тебе сказать… Сегодня вечером меня навестила пара частных детективов… — он закашлялся и захрипел. — Они спрашивали меня об утопленниках в водохранилище. Я пытался сбить их со следа, но мне кажется, они уже почти выяснили, кто это… — договорил он.

Кейт удалось поспать несколько часов, проснулась она после восьми. Она спустилась на пляж и долго плавала. Стоило ей вернуться на кухню, как в дверь позвонили. Это был Тристан, в руках он держал бургеры с яичницей-глазуньей, купленные в забегаловке у его дома.

— Прости, я слишком рано? — спросил он.

— Нет, заходи, — ответила Кейт. И он прошел на кухню.

— Ты в порядке? — спросил он, увидев озабоченность на ее лице. Потом сел за кухонный стол, и Кейт протянула ему тарелки.

— Если верить Теду Клафу и Кирсти Ньюветт, а я склонна верить им, то расследование становится опасным, — сказала она, включая газовую плиту и наполняя чайник.

— А еще это значит, что мы все ближе к разгадке, — сказал Тристан, снимая засаленную бумагу с присыпанной мукой булочки с яичницей и откусывая кусочек.

— Трис, я не жду, что ты полезешь со мной в самое пекло. Ты молод, у тебя вся жизнь впереди, и я не знаю, что мы делаем. Я больше не служу в полиции. Мы не детективы, мы ни с кем не работаем…

— Ты забыла, что в университете кое-кто пропал, а мы можем ее найти.

— Да, но, если Аррон Ко и другие нечистые на руку полицейские замешаны в этом, ну, ты знаешь, что случилось со мной в последний раз, когда я обнаружила, что полицейский оказался преступником… — Кейт задрала свитер, чтобы показать длинный, уродливый фиолетовый шрам на животе. — Это сделал Питер Конвей. Полицейский, отчаянно пытающийся сохранить свою тайну…

Тристан перестал жевать. Затем с трудом проглотил еду, а Кейт опустила свитер.