— А разве можно встретиться в «Stars&Power», если не договариваться специально? — недоуменно спросил Эйс, вроде как сам себя.

Но «кошак», еще не успевший отключится, услышал его, и ответил, одарив всех еще раз насмешливой ухмылкой:

— Ты не поверишь камир, насколько иногда вселенная бывает маленькой и тесной!

И вот, мы остались одни. В смысле без харизмы кеола, его весьма бодрящих шуточек и его же яркой голограммы, временно прикрывающей от наших глаз развороченный остов корабля.

Все воззрились на меня. Чего-то хотели…

Я, в принципе, догадывалась «чего». Нет, ни нежности, и ни моего женского восхищения… к сожалению… а того, чтоб я решила все наши проблемы разом. А именно — договорилась с ботами.

Пришлось постараться, оправдывая эти мужские надежды, хотя они и были не теми, что хотелось бы мне…

А потом мы двинули обратно в Академию, где опять едва успели ввалиться в аудиторию, буквально за пять минут до окончания первого часа занятий. Но главное-то, успели! И теперь сотня экспов за отсидку была точно наша. Вот только сегодня это… если еще и не капля в море, то чайная ложка в большой луже уже точно. Но ведь все равно приятно, правда?

Впрочем, отсиживать нынешние лекции по-честному я не собиралась. Выставив Гарика и Энджи на «Личность» и отправив туда, где каждый из них больше пользы получал, я подалась из игры на выход, ибо сегодня проблем хватало и в реале.

Во-первых, и не так чтоб уж очень из реальных дел… да, что бы там Джончик не говорил, но патент на ношение легкой защиты я все-таки приобрела, и он теперь требовал установки. Кстати, патент я взяла не на простой костюм, а на тип «Хауберг» — то есть, защиту полную. Такой, по идее, пользуют или человеческие девушки после хорошей прокачки всех показателей здоровья, или вообще — женщины камиров. И пусть его 100 % использование мне, слави, будет доступно лишь через месяц где-то, а прогруза фитов и вовсе с полгода ждать придется, зато потом я долго смогу не озадачиваться этой проблемой. Потому что даже приблизительный прикид по бонусам давал понять, что хоть пригодный для моей расы костюм, хоть этот, в нулевом исполнении, а толк от них будет тот же — считай никакой. Но так хоть будет к чему стремиться.

Второй вопрос, требующий моего немедленного решения — уже полный реал, да такой, что не отмахнешься — мама. Ее звонков скопилось уже столько, что я начала бояться, как бы они не повалили из гэджа наружу. Шутка конечно. Но, как обычно — все, что связано с мамой, шутейность имеет весьма относительную.

Ну, а в-третьих, Максик. Этот, не сумев дозвониться, уже и вовсе, давно писал мне гневные письма.

Парочку я прочитала мимоходом, едва поняв их смысл. Видно текст братец набирал второпях и в весьма возбужденном состоянии. А потому излагаемый нервяк изобиловал сокращениями, междометиями и сленговыми подростковыми словечками такой замысловатости, что для меня они были не понятней технических терминов, которыми перекидывались мои парни из команды, когда обсуждали фрегат.

Хотя, как я уже сказала, смысл писулек был ясен и так, поскольку там, где понимания не хватало, на помощь приходила интуиция. Которая весьма однозначно подсказывала, что Максик в бешенстве от того, что не может по какой-то причине получить своего аватара обратно.

Не знаю… не знаю… я тут ни при чем. Мне его «Гарик» и даром не нужен — столько нервов этот гад зеленый попортил мне вчера, что я бы и сама от него избавилась с радостью. Вот сейчас с маман пообщаюсь, а потом подумаю, как произвести этот возврат.

В общем, пока еще не решив, что делать с братом, маму все же, я посчитала нужным пригласить в гости.

И вот, точно в 12.00 Маруська возвестила, что господин и госпожа Даринов прибыли.

Ну, прибыли и прибыли. А о том, что мама прихватила с собой Майкла, я постаралась не задумываться, просто с ходу приняв как факт, что разговор, похоже, будет гораздо серьезней, чем я предполагала.

Приветствуемые нами с Марусей родители прошли в холл и мы засели за распивание чаев. Что само по себе тоже говорило о том, что мне готовятся сказать что-то весьма важное. Так-то маман всегда сворачивала на кухню и вот там мы обычно могли трепаться о всякой ерунде часами. А чинный проход к дивану, складывание ладошек на коленях и улыбчивое молчание в ожидании пока Чебурах разольет чай, это не к добру.

К чьему «не добру»? Думаю, что сегодня к Максикову.

Ага, угадала.

— Так, детка, — начал-таки разговор Майкл, видимо из опасения, что если не решиться сейчас, то нам будет обеспечен третий заход на чай, — мы к тебе с серьезным разговором ведь пришли.

Мама встрепенулась, растерянно посмотрела на него, на меня и обреченно кивнула, подтверждая слова отчима. Он взял ее руку в свои и пожал ободряюще.

Так, они меня уже пугают.

— Ты ведь оказалась права, Лили. Макс действительно продал подарок бабушки с дедом, — мрачно насупившись, продолжил держать речь Майкл.

— Мама с папой очень обиделись на него… особенно папа, — хлюпнув, поддакнула мамулька.

— А вы и им рассказали?! — изумилась я вполне искренне, по тому, как такого… м-м, развернутого развития событий действительно не ожидала.

— А ты как думала?! — возмутился отчим. — Все очень серьезно! Гэдж стоил почти четверть миллиона, а этот идиот его всего за сотню сдал каким-то скупщикам! И сертификат на него в придачу!!! — все больше расходился Майкл, расправляя плечи и выпячивая подбородок.