— Зачем ты на бедную девушку накинулся? Ты же понимаешь, что она не виновата, зачем кричать на нее?

— А ты у нас кто? Мать Тереза? Лучше бы о своей жизни задумалась, а не о других переживала.

— Руслан, да что с тобой?

— Со мной все в порядке.

— Да? То есть ты не злишься на себя за то, что заставил надеть это платье? Не злишься, как каждый мужик в этом зале поимел меня в мыслях всеми известными способами? Не злишься на их комплименты мне и внимание? И не ревнуешь к брату?

— Не фантазируй, — его дыхание выровнялось, но взгляд так и остался бешеным.

— Тогда не вижу причин, чтобы снимать меня с аукциона, милый. Пошли в зал, а то пропустим самое интересное.

Он вылетел, как пуля, держа меня за руку. А вот и первая брешь в танке, как сказал бы Алан: « Занятненько…»

Меня увели за кулисы, где было еще десять девушек, одна из которого та самая силиконовая долина.

— Вот и наша развратница, девочки. Неужели ты думаешь, что задержишься рядом с ним надолго?

Все зашушукались.

— Ну вот мы и приплыли до дна твоей логики. Прибереги свой рот для лучшего, что у тебя получается. Разговаривать — это не твоё, детка.

— Слушай меня внимательно...

— Так, девочки, выходим на сцену, рассаживаемся на стулья. Каждую будут вызывать по очереди, вы встаете на пьедестал и стоите. Приз — хороший ужин с мужчиной, который заплатит больше. Пройдемте.

Надеюсь, меня выкупят Алан или Руслан — их кандидатура не пугала так сильно, не хочу с незнакомым человеком ужинать.

Девочек разбирали быстро, меня и силикон оставили напоследок.

— Встречаем, Эвелина! Стартовая цена — тысяча рублей.

Мужчины поднимали свои таблички, но Руслан не торопился этого делать. Эвелина улыбалась, когда сумма перевалила за пятьдесят тысяч. Это был сегодняшний максимум, который она побила. И всем своим видом гордилась этим.

— Продано, — мужчина, который отдал за это сокровище шестьдесят косарей, увел ее.

— Новая участница — Мальвина!

Мое сердце забилось в бешеном ритме, уши заложило от волнения. Я не слышала ничего вокруг, лишь мелькали таблички с цифрами тех, кто учувствовал в аукционе.

— Триста тысяч, — как сквозь воду услышала я Алана, но ставку перебил другой голос

— Пятьсот...

Разрази гром мои сиськи! Руслан только что предложил полмиллиона?!

— За что? За ужин? — или это уже дело принципа — я только ему должна достаться?

Его поведение вообще странное. То он говорит« Надень его«, торугается, что нацепила. Мне вообще непонятна его логика. Он говорил« Моё тело«, принуждал и склонял к сексу, значит, должен быть доволен покладистости и покорности. А сейчас злится, и взгляд такой, будто выкупит меня и повезет в лес закапывать.

— Пятьсот тысяч— раз, пятьсот тысяч— два, пятьсот тысяч— три! И ужин с Мальвиной достается Руслану Альбертовичу.

Шквал аплодисментов взорвал зал. Кто смотрел завистливо, кто с восхищением. Он шел как дикий зверь, не видя преград перед своей добычей. Как гордый лев, рассекал воздух, пробираясь к дикой, но такой покладистой лани. Я сошла с пьедестала и вложила свою ладонь в его протянутую руку. Взгляд его горел, но ни один мускул не выдавал в нем напряжения:

— Значит, доволен? Получил, что хотел?

Эх, если бы ты был нормальным мужиком, а не таким властным и пугающим, то, наверное, я бы тебя полюбила. Но вот своим поведением ты напрочь выбиваешь это чувство. Главное, его не бесить — хотелось бы выжить.

— Ты сегодня заплатишь за все, — прошипел Руслан мне на ухо, и от волнения побежали мурашки.

Даже не знаю, толи бояться наказания, толи предвкушать его: « Ох, напьюсь я. Пусть сам себя наказывает».

— Как скажешь, милый. Я вся твоя, — решила успокоить немного, а то мужчинка напрягся.

— Не играй, детка, хуже будет.

— Не понимаю, о чем ты? — скосила под дурочку, хлопая глазками.

Так, чтобы сбить с толку, нужно погладить его. А то ишь хитренький какой, все знает, обо всем в курсе.

— Ты...

— Руслан, давай наслаждаться вечером. Он такой замечательный, как и будущая ночь.

Я погладила его ширинку, отчетливо чувствуя твердую выпуклость.

— Вечером поговорим, — хриплый голос, пелена на глаза. Значит, удалось выбить из головы дурь.

— Налей шампанского, так пить хочется! — я облизнула губы и закусила нижнюю.