Не может же он быть настолько уродом?! Или… Может?!

– Помню, - буркнула Мими, заливаясь краской и закусывая губу. Инкуб уже знал, что так она делает, когда пытается совладать с возбуждением. Маленькая развратница.

– Я знал, что тебе понравится, лакомая, - широко улыбнувшись, промурлыкал Эрам.
– Но не думал, что ты захочешь повторить так быстро.

– Ты о чём?!

– О том, что ровно через пятнадцать минут, если не соберёшься, закидываю тебя на плечо и несу к мобилю. А ты можешь визжать, вопить в голос, стучать мне по спине своими маленькими кулачками и сверкать очаровательной круглой задницей из-под этого игривого халатика.

– Больной уб… - начала было Мишель и запнулась. В соглашении оговорено отдельным пунктом, что она не имеет право проявлять непослушание, особенно, когда они не одни.

Быстрее молнии она подскочила к шкафу и выволокла из него спортивную сумку, ещё из межмирья.

Демон не скрывал удовольствия, наблюдая за хаотичностью её движений, время от времени отпускал отвратительные и ничуть не смешные (по мнению Мишель) шуточки-советы и вёл светские беседы с русалкой. Которой, надо сказать, перлы демона очень нравились.

Ровно через пятнадцать минут Мишель, одетая в узкие брючки и топ с воланом по подолу, в красной шипастой курточке, закусив губу, стояла посреди комнаты рядом с сумкой. И с кислым видом смотрела на этих предателей, так быстро нашедших общий язык. А ещё пыталась вспомнить, что она всё-таки забыла.

– Не беспокойся, конфетка Мими, - сказал демон, который несмотря на беседу с Заури отлично уловил её состояние.
– Мы сделали грандиозный заказ в «Подиуме». Я уже распорядился, чтобы его доставили ко мне. Так что недостаток в шмотках и безделушках тебе не грозит.

Заури посмотрела на инкуба так восторженно, что Мишель скрипнула зубами от злости.

– Сердце инкуба!
– воскликнул демон, деланно хлопнув себя по лбу (у Мишель руки зачесались добавить).
– Как я мог забыть! Специально шёл справиться о твоём здоровье, - инкуб подмигнул ундине, отчего та зарделась, - и кое-что захватил в качестве сувенира…

С этими словами он протянул открывшей от удивления рот русалке плоский футляр с клеймом «Винсачи» на нём.

Когда русалка непослушными пальцами открыла футляр, её вопль заставил Мишель поморщиться. Нет, ей, конечно было совсем неинтересно, что там… но всё же подошла посмотреть. Из учтивости.

В дрожащих пальчиках ундина держала браслет. Свитый из тонких голубых ремешков, со множеством висюлек: кристаллов, ракушек, фигурок и буковок.

– Это, - она, казалось, сейчас задохнётся.
– Это… Это же из последней коллекции! Морские боги!

– Я подумал, что тебе понравится, смугляночка, - осклабился инкуб, а Мишель готова была зарычать от этого его «смугляночка».

Надо сказать, демон угадал. На смуглой коже русалки тонкие ремешки голубой кожи смотрелись восхитительно. В глазах подруги Мишель прочитала вечную преданность демону.

– Чёртов фокусник, - прошипела она еле слышно.

– Ты что-то сказала, лакомая?
– ласково спросил демон и Мишель поспешила ответить.

– Красиво, - сказала она кисло, - тебе идёт, Заури.

Русалка восторженно закивала, не в силах оторвать взгляд от подарка.

– Спасибо, спасибо, спасибо, - только и могла вымолвить она.

– Удивительные создания эти дамы, - усмехнулся Эрам.
– Подаришь сущий пустяк, а счастья столько, что и не съесть.

– Пустяк?! Браслет из последней коллекции Винсачи - пустяк?!
– возопила Заури, а потом рассмеялась дурацкой шутке, а внутри у Мишель всё закипело от возмущения. Сама мысль о том, что инкуб может поглощать чьи-то ещё эмоции, оказалась очень болезненной. Она чуть было не сделала некое ментальное движение, которым, как уже поняла, открывала и перекрывала демону доступ к своим эмоциям, но сдержалась. Гордость и чувство собственного достоинства оказались сильнее вспышки ревности. Сама мысль о том, что она и вправду ревнует инкуба, страшно ревнует, была очень унизительной. И пронзительно-болезненной.

– Почему бы тебе тогда не заняться благотворительностью?
– елейным голоском спросила она.
– Вот, должно быть, где отхватишь счастья столько, что и не встать потом.

А про себя добавила: вместо того, чтобы шляться по весёлым домам…

Демон улыбнулся, показывая, что оценил шутку и посетовал на то, что чаще всего те, кого благодетельствуют, ненавидят подающую руку, но такова, мол, людская природа, ничего не поделаешь. Предательница Заури покачала головой, сочувствуя инкубу.

Мишель же заявила, что это только в том случае, если левая подающая рука знает, что сделала и сколько дала правая. Демон, картинно закатив глаза, подхватил её сумку. Легонько шлёпнув по ягодицам, это нахал заявил, что у бедного демона нет сил спорить с вредными человечками.

Обняв на прощание Заури и поморщившись на её «Ах, какой же он, ах!», Мишель потопала вслед за инкубом.

***

В квартире Эрама, как и следовало ожидать от демона, всё было дорого, пафосно и функционально. В прошлые разы у Мишель и времени-то не было осмотреться, но теперь ей предстояло здесь жить, и поэтому она, пока демон был в душе, прошлась по комнатам, разглядывая их.