– Простите меня, – мягко сказал Бен, пододвигая ей стул. – Я действительно вел себя как последний дурак, но обидел вас сам того не желая. Со мной такое бывает. А что до моего воспитания, то вы правы, оно не было идеальным. Вили, например, тоже так считает.

Теперь пришел черед Дессы растеряться: она совершенно не ожидала от него такой уступчивости. Смущенно потупив глаза, девушка осторожно опустилась на предложенный ей стул, чувстуя, как все ее избитое и исцарапанное тело отзывается острой болью на любое движение.

Вили первым нарушил затянувшееся молчание:

– Может, вы расскажете нам, что произошло? Кто так с вами обошелся? – Он показал черенком вилки на покрывающие ее руки синяки.

На нее снова накатила волна пережитого страха, и она задрожала всем телом – от сбитых в кровь ступней до опаленного жарким солнцем затылка. Впрочем, это был уже не тот страх, поскольку теперь, будучи в безопасности, Десса отлично понимала, что все могло обойтись значительно хуже, и, по сути, причин для жалоб у нее не осталось.

Десса уткнулась в тарелку и попыталась пронзить вилкой жесткий, как подметка, бифштекс. Похоже, Бен был прав: кулинарные таланты Вили оставляли желать лучшего.

Однако вопрос был задан и требовал ответа.

– Их было двое, – сказала она, сосредоточенно рисуя вилкой замысловатые узоры вокруг неподатливого куска мяса. – Один – еще совсем мальчик, а другой… – Девушку передернуло, вилка замерла в воздухе. – Другой… он просто чудовище!..

У нее перехватило горло, и она отхлебнула изрядный глоток обжигающе горячей черной бурды, которую Вили гордо именовал «кофе». Затем, снова поставив жестяную кружку на стол, девушка попыталась собраться с мыслями, чтобы продолжить историю своих злоключений.

– Послушайте, мэм, – не выдержал Бен, – если вы не хотите сейчас об этом говорить, не надо. Скоро вы успокоитесь и сможете рассказать обо всем шерифу.

– Нет! – упрямо мотнула головой Десса. – Я хочу, чтобы вы все знали. Там, в прерии, остались два трупа. Эти негодяи убили кучера и его помощника… то есть, охранника… то есть, того, кто ехал вместе с ним на козлах и все время чистил свое ружье…

Старик возмущенно ударил кулаком по столу.

– Черт возьми! Бен, кто мог на них напасть?

– Не знаю. – Белокурый гигант задумчиво покачал головой, и его загорелый лоб прорезали глубокие складки.

– Еще кто-нибудь пострадал, мэм? – спросил Вили.

– Я была единственной пассажиркой этого дилижанса, и они… они забрали меня с собой.

– Негодяи! Подонки! – прорычал Вили.

Бен быстро взглянул на нее и, стараясь говорить спокойно, спросил:

– И как они обращались с вами? Они вас не… хм, как бы это сказать… они вас не обидели?

– Обидели?! О, да, мистер Пул, они меня обидели! Но если вы хотели спросить, не была ли я изнасилована, то нет. Для этого им пришлось бы сначала меня убить! – Она гордо выпрямилась, и ее зеленые глаза метнули в его сторону настоящие молнии, которые, казалось, озарили комнату.

Произошедшая в девушке перемена поразила Бена: ее слова прозвучали резко и враждебно, словно он бросил ей обвинение в чем-то ужасном. Он дорого бы дал, чтобы узнать, каким чудом это хрупкое создание сумело не только справиться с двумя сильными мужчинами, но и оставить их с носом, однако спросить не решился. Не сейчас, когда она так разозлилась, а то еще запустит в него кружкой с кофе…

Какое-то время все трое молча ковыряли вилками то, что когда-то было мясом. Первым снова заговорил Вили:

– А к кому вы направляетесь в Виргиния-Сити, мэм?

– Что? – занятая своими мыслями, девушка не сразу поняла вопрос. – О, мои родители купили там магазин у мистера Юза. Их зовут Тревор и Мэй Фоллон. Не приходилось о них слышать?

Бен поспешно запихнул в рот большой кусок жареной подметки и отчаяно замотал головой, хотя его никто и не спрашивал – вопрос Дессы был адресован исключительно Вили.

Прежде чем ответить, старик задумчиво потыкал вилкой бифштекс:

– Нет, не приходилось. Впрочем, мы давно уже не бывали в этих краях, а поэтому и не в курсе того, что здесь происходит. Кроме того, у нас, мэм, не принято доверять слухам. Магазин Юза… Что ж, правда, я слышал, что он продается, но нас с Беном это не заинтересовало. Раз его купила ваша семья, значит, так тому и быть. Нас это не касается, мэм, ведь мы работаем на Рида и Тресси Беннонов. Не слыхали? Нет? Ну и ладно. Так вот, Бенноны заняты своим бизнесом. Они нанимают людей, в том числе и нас с Беном, чтобы перегонять свои повозки с товарами по всему штату. Верно, Бен?

Бен перестал жевать и тупо уставился на него.

– И что, – невпопад спросил он, явно думая о чем-то другом, – вы собираетесь поселиться в Виргиния-Сити?

– Нет, ни в коем случае… Мы живем в Канзас-Сити. Здесь мы просто хотели наладить работу магазина, нанять управляющего, а затем съездить на пару недель в Денвер. Где-то к зиме мы планировали вернуться домой.

Бен с отчаянием уставился в свою тарелку: Вили снова испортил завтрак. И откуда у него эта идиотская манера заворачивать сырое мясо в кусок кожи? Где он этому научился? Разве что у индейцев. Но кожа ведь тоже разная бывает…