— Нет, мне!

Если он хочет поговорить прямо сейчас, то пожалуйста.

— Допустим… все было так, как ты думал. Что у меня… другой, — безумно усмехаюсь. — Но это же… бред, — слов даже не нахожу. — Я же тебе говорила, что меня не интересуют другие. Это у тебя в прошлом большой опыт по этой части. Мне было проще в это поверить, чем тебе в мою измену.

— Поэтому я и говорю, что я виноват.

— Представь, что у меня действительно был другой…

— Мия! — рычит на меня Лэндон. — Не надо… Я больше ни секунды не хочу это представлять. Я все эти две недели это представлял.

— Нет, ты представь еще разок! — прислонила ладонь к его груди, к сердцу. — Ну, избил бы ты его… Ну, сделал бы инвалидом… А что потом? Ты стал бы жить со мной, зная, что я тебя изменила?

— Мия…

— Это из-за дочери, да?

— Нет, не из-за дочери. Не только из-за нее.

— То есть ты простил бы меня?

— Черт, Мия! — хватает меня за руку, что у его груди. Дергает за нее к себе, чтобы я стала ближе. — Я так далеко не думал. Я лишь знал, что не отпущу тебя, чтобы там ни было.

Его ладони ложатся мне на щеки, а я на несколько мгновений прикрываю веки, ощущая его теплую кожу.

— Я тоже не говорила потому, что боялась. Боялась, что в этот момент все и закончится… Я собиралась уходить от тебя, но не к кому-то… Прости, я ошибалась, — всхлипнула.

— Я не дам тебе повода для ухода. Не дождешься.

Лэндон сразу целует меня, до боли впиваясь в губы и прижимая к себе. Без стеснения, прямо у входа в бар, где собралось полно людей. Может, это даже к лучшему. Пусть видят. Перестанут сплетни собирать.

Боже, как же мне этого не хватало все эти две недели… Какого-то поцелуя.

— Пойдем уже. Мне не терпится кое-что прояснить, — произношу ему в губы.

— А потом сразу домой.

— Да..

Лэндон открывает для меня дверь и пропускает первой в душное помещение.

Сразу замечаю эту стерву за стойкой вместе со своей блондинистой подругой. Ингрид по неведению, наливает чего-то им там. Кажется, текилу.

Вроде бы уже под тридцать девице, а одевается и ведет себя, как будто ей шестнадцать-восемнадцать. Готова поспорить, что у нее ни мужа, ни детей, иначе бы у нее было времени на такие пакости.

Джессика собиралась уже выпить стопку, но найдя глазами Лэндона, передумала пить. Отставила ее назад.

Напряглась, но лишь на какое-то мгновение, далее ее лицо растянулось в ухмылке. Она взяла себя в руки. Не выглядела испуганно.

— Какая встреча…

На меня девица даже не взглянула. Пялилась только на него. И даже это меня бесит. Не думала, что когда-нибудь стану такой рьяной собственницей.

— Действительно, — отозвался Лэндон. — Я думал, что у тебя уже не осталось денег по барам ходить. Поиздержалась. Многим пришлось заплатить, чтобы покидать пыли в глаза моей жене? А за фото наверняка и того больше заплатить пришлось.

— Извините… — ее подружка решила удалиться, а сама Джессика сильно изменилась в лице. Оно вытянулось. Никак не ожидала, что ее раскусят. Она ведь никому не говорила своего имени, но ее выдала татуировка.

— А, да… мне сказали, что ты женился на какой-то соплячке, — вот же хабалка. Еще и посмотрела на меня своими черными глазищами. — Ей хоть двадцать есть?

Да, я выгляжу молодо. Но с учетом того, что у нас есть дочка, глупо думать, что я настолько молода.

— Мне двадцать четыре, чтобы ты знала, — подала я голос, криво улыбнувшись. — Ну как, получила удовольствие?

Джессика молча отвела взгляд. Злой взгляд. Не желала мне отвечать. Да и что тут ответить? Ее раскусили. Какое там удовольствие?

Вижу, что она не любит проигрывать. Ведь она приехала сюда затем, чтобы все разрушить, а потом убраться, чтобы мы даже не поняли, кто все это устроил. Думаю, это и был ее план.

– Зачем ты приехала? — спросил Лэндон. Да, мне тоже интересно какой бред она понесет.

— Я что, отчитываться перед тобой должна? — резко дернула головой, взглянув на Лэндона. — Здесь вообще-то живут мои родители.

— Которых ты навестила только спустя семь лет. Но ладно, сделаю вид, что верю. От нас тебе что надо?

— Мне стало скучно. Решила поиграть. Ты же знаешь, как я это люблю.

— Знаю. Но игры закончились, — отчеканил Лэндон.

— Да, к сожалению, — пождала губы наглая мерзавка. — А ты, я смотрю, все-таки нашел дурочку, которая захотела остаться с тобой в этой дыре, — Джессика спрыгнула со стула. — Знаете, — стала обходить нас стороной, прихватив с собой стопку. — Пошли вы к черту. Горите в аду, — залпом выпила текилу и разбила стопку об пол, после чего выбежала из бара как ошпаренная.