Устилая трупами расстояние, оставшееся до укреплений, дикие воины захлестнули заграждения окопов, состоящие из обвитой проволоки, ветвей и стволов колючих кустарников и земляной насыпи после них. Разрывая колючую проволоку руками, разрубая тесаками и штыками, они рвались дальше, стремясь перейти врукопашную. Запрыгивая в окопы, чернокожие солдаты рубили и убивали ещё не до конца проснувшихся шотландских стрелков и ирландских фузилёров.

Не выдержав яростной атаки, английские войска стали отступать, оставляя свои позиции. Но на второй линии окопов уже спешно организовывалась оборона, и собирались для контратаки свежие части, преграждая путь наступавшим неграм. Раздался звук горна и на атакующие цепи негров, нахлёстывая лошадей, бросились кавалерийские английские части. Лошади, хрипя в боевом безумии, неслись навстречу смерти, отрабатывая фланговый манёвр.

Стреляя из карабинов и пистолетов, опуская сверху сабли на головы негритянских воинов, кавалеристы вклинились в наступающие цепи и стали прорубать себе дорогу навстречу друг другу, отсекая первую волну наступающих от идущих следом отрядов второй волны.

Соединившись в центре поля боя, они развернулись лицом к лагерю противника и слитно ударили в него. Их атака была с трудом пресечена, в основном, благодаря станковым и ручным пулемётам. Отвернув в разные стороны, уцелевшие, всадники умчались обратно, к своим изначальным позициям.

Первая же волна атакующих негров, прорвав начальную линию обороны англичан и не замечая, что творится позади них, преследовала отступавших солдат, пока слитный огонь пулемётных и орудийных расчётов не отбросил их назад. Атака бы не захлебнулась, если бы английские кавалеристы не отсекли вторую волну чернокожих стрелков, не дав им возможность поддержать удачную атаку.

Первая волна, потеряв больше половины наступающих бойцов, стала отступать, продолжая терять своих воинов. Им на помощь никто так и не пришёл. Воины второй волны, потеряв драгоценные минуты в столкновении с английской кавалерией, бежали вперёд, но многочисленная артиллерия британцев уже открыла по ним ураганный огонь.

Облако близких разрывов накрыло наступающие цепи, которые были вынуждены залечь под этим огнём, из-за чего не смогли поддержать своих отступающих товарищей, которые уже давно не отступали, а панически бежали, спотыкаясь о трупы убитых и добавляя к ним свои собственные.

Атака захлебнулась. Залёгшие цепи чернокожих воинов открыли огонь из винтовок, но бойцы были слабо обучены, плохо видели своего противника, не привыкли ещё к огнестрельному оружию и не понимали до конца тактику своих действий, из-за чего производимый ими ружейный огонь практически не наносил никакого вреда обороняющимся англичанам.

Так они и лежали, не в силах подняться и идти атаку, пока заревевшие диким буйволом трубы и загремевшие в такт боевые тамтамы не пропели чёрную песню смерти Великого унгана.

Мы в бой идём, мы не боимся!

Мы все готовы к смерти!

Мы рождены под жарким солнцем,

Пусть духи вуду молятся в ночи!

Ты слышишь, белый враг, их жаркий дух, так трепещи!

Твоя душа теряется в ночи!

Иди вперёд, унган, и победи!

— А Мамба все простит тебе грехи!

Звуки боевых труб и тамтамов смогли вновь поднять людей в смертельную атаку. Закричали командиры, засвистели с удвоенной скоростью пули, взвизгивая от радости в воздухе, а залёгшие сотни поднялись и направились в очередной бой, навстречу смертельной опасности.

Не боясь ничего и никого, эти люди бежали вперёд, стреляя на ходу и погибая от снарядных осколков и пуль. Впереди изредка поднимались вверх султаны снарядных и миномётных разрывов. Горные орудия извергали залпы, не жалея снарядов, но англичане быстро вычислили их места расположения и обрушили туда огонь пяти и шести дюймовых мортир и 76 миллиметровых дивизионных пушек.

Артиллерийская дуэль закончилась печально, для артиллерии Ярого, через час этого поединка и попыток обстрела британских позиций, она прекратила сопротивление, полностью погибнув.

Миномётные расчёты мамбовцев пытались нанести какой-нибудь урон противнику, но не могли, потому как стреляли практически в никуда и наобум. И, если расчёты 82-миллиметровых миномётов ещё могли, за счёт своей дальности, безнаказанно обстреливать артиллерийские позиции англичан, то миномётные расчёты 50-миллиметровых, находясь в боевых порядках пехоты, несли ощутимые потери без какого-либо заметного эффекта.

Оценив ситуацию, фельдмаршал Робертс приказал усилить огонь и не жалеть ни снарядов, ни патронов. Ураганный огонь обрушился на атакующие ряды воинов Ярого.

Добежав до вновь занятой англичанами первой линии обороны, отряды Ярого, утратив свой наступательный порыв, затоптались на месте и стали стремительно откатываться назад, теряя людей, оружие и остатки самообладания, жестоко при этом расстреливаемые в спину английскими стрелками. Атака снова захлебнулась.

Рас Ярый мрачно смотрел, как гибнут его воины в бесплодных атаках. Расчёт на внезапность утренней атаки не подтвердился, и сейчас его тьма стремительно уменьшалась. Артиллерийская дуэль была безнадёжно проиграна, и он остался без артиллерии.