— А какие еще? До экономики пока не дорос, — с недоумением посмотрел на меня Финист, и я вздохнула.

— Сказки, например. Он же маленький ещё.

— Любовь к науке надо прививать с раннего детства, — нравоучительно произнёс Финист. Увидел, что я поджала губы, и пошёл на уступки. — Если хочешь, читай ему сказки. Но не уверен, что он будет слушать.

Ещё как будет! Пока мы вдвоем возились на кухне, я от скуки поведала ему историю о трех поросятах, которую в детстве мне рассказывала тетка Фрося. Так мальчишка был в таком восторге, что попросил повторить.

— Эх, хорошо! — Финист доел, отодвинул тарелку и довольно потянулся. — Как же здорово быть женатым! Это ведь не первый случай, когда Ал колдует. После его магии валяешься целый день, как куль с мукой, ни рукой, ни ногой нет сил пошевелить. Страшно становится: вдруг Ал в это время убежит куда-нибудь, разобьется или отравится?

— Да он от тебя не отошел бы, если я не позвала! — покачала я головой. Мальчик был привязан к отцу и деду, и пока мы готовили, несколько раз бегал и проверял, как они. — Александр очень ответственный.

— Твоими словами да мед пить, — пробормотал Финист и застонал в голос, когда «ответственный» прыгнул ему на спину с разбегу.

— Папа! Ты очнулся!

— Естественно, — Финист пересадил ребенка на колени. — Ты вел себя хорошо? Не докучал Ладе?

— Нет. Я ей помогал! — Ал с гордостью показал забинтованный пальчик. Мальчишка попробовал порезать морковь, но умений не хватило, и вместо моркови нож проехал по пальцу. При этом, надо сказать, Ал не заплакал, а деловито полез в шкаф за бинтом. Правда, перевязывала палец я, заодно обработав царапину, что бы не воспалилась. И за всё это время Ал даже не пискнул.

— Хочешь, пойдем к дяде Матвею и залечим? — спросил Финист, кивая на пальчик.

— А ты не можешь? — с надеждой спросил Ал.

— Пока нет, — муж вздохнул, а сын понурился.

— Тогда не надо. Я лучше подожду, когда у тебя силы появятся. Мне почти не больно, честно! — он слез с колен отца. — Я к дедушке загляну.

— Только не буди его, — попросил Финист, и Ал убежал.

— Ты опять без магии? — я закончила с луком и бросила его в большую миску, уже наполненную огурцами, перцем и помидорами.

— Она с прошлого раза не до конца восстановилась. А тут снова, — Финист вздохнул, что-то прикидывая про себя. — Теперь неделя потребуется, не меньше.

— А если так? — я решительно подошла и уселась на скамью рядом. Обхватила его лицо ладонями и поцеловала, представляя, как передаю всё свое тепло и заботу, словно часть своих сил. Финист попробовал отстраниться, но держала я его крепко. Понимала, что целоваться со мной удовольствие то ещё, но ничего, пусть терпит ради магии.

Час назад голубка принесла мне письмо от сестры, где Василиса пояснила, кто такие шептуны, и как они могут делиться силой. Намёками поинтересовалась, для чего я спрашиваю. Мне показалось, что сестра в курсе моих способностей.

Так что примерно я представляла, что надо сделать. Только вот практики не хватало.

Впрочем, что-то подсказывало — последнее не за горами. Финист как-то судорожно вздохнул, и безвольно лежащие руки мужа вдруг крепко прижали меня, а губы его ответили на поцелуй. Я сама не заметила, как очутилась на его коленях, подставила под торопливые поцелуи шею, и с губ сорвался тихий стон удовольствия.

— А что вы делаете? — раздался удивленный и напряжённый голос Ала, и чудо моментально закончилось. Финист уткнулся носом куда-то мне в грудь, пытаясь отдышаться, а потом осторожно отстранил меня. Я чуяла, что красная, как вареный рак, и боялась смотреть на мужа и ребенка.

— Пойдем, я тебе объясню, — встал со скамьи Финист, напоследок ободряюще сжав мою ладонь, и увёл за собой сына.

А я так и осталась сидеть. Надеюсь, Василиса сказала правду в своем письме, и шептуны действительно могли делиться энергией через прикосновения и поцелуи. Хоть не зря ребенка расстроили.

К полуночи, когда Финист уложил Александра, а сам отправился в кабинет поработать, проснулся Кощей. Я как раз зашла проверить, как он себя чувствует, и, видимо, своими тяжёлыми шагами потревожила его сон. Свёкор чувствовал себя неважно, сказал, что у него жутко болит голова, и я принесла ему заранее заваренный настой из трав. Мешочек с травами я захватила из дома и переложила в сумку, отдельно от основного багажа, а собирала травы Василиса, так что в полезности настоя я не сомневалась. Сама пила его в дни женских «праздников», очень уж мучилась от боли.

Выпив отвар, Кощей снова провалился в сон, спокойный и глубокий, а я пошла к мужу. Зашла — и застыла на пороге, опасаясь помешать. Кабинет превратился в лабораторию с какими-то колбами, жидкостями, и странной, выполненной из металла и стекла конструкцией, что расположилась на столе.

— Не бойся, проходи! — увидев меня, Финист оторвался от аппарата, в котором что-то подкручивал. — Помнишь ту семейную пару, что приходила с утра?

— Где жена обвинила мужа в измене?

— Именно. Вот, погляди!