Не обращая внимания на рёв местной разновидности воздушной тревоги, Иршар перекинулась в свою человеческую форму.

— Йан-сан, это враг? Надо сражаться? — немедленно спросила ошарашенная Иназума, глядя на это.

— Хм? — удивилась драконесса. — А тебя я не помню.

— Это Иназума, наш друг, — пояснил я, помогая той встать.

— Отлично! Ваши друзья - мои друзья! — радостно заявила драконесса. — Я Иршар, Владычица Клыков Альхама. Но ты зови меня просто Иршар.

— Иназума, это та самая драконесса, про которую ты слышала, — уточнил я на всякий случай. — Так что с ней не надо драться.

Иназума, по своему обыкновению, вежливо поклонилась в ответ, а драконесса посерьёзнела и повернулась к нам.

— Друзья, простите, в прошлый раз моё поведение было недостойным. Когда я протрезвела и собралась с мыслями, то поняла, какую глупость предлагала. Так что я принесла с собой извинения!

Она красноречиво похлопала по огромной бочке, видимо, притащенной сюда в когтях, и пояснила:

— Это лучшее пойло, что я смогла найти среди знакомых драконов. Сегодня угощаю я!

Что произошло после этого… Наверное, об этом не стоит упоминать. Сначала Жора, конечно же, отцедил пару бутылок «на хозяйственные нужды и эксперименты» и спрятал в инвентарь. А потом… Остановить грандиозную попойку, развернувшуюся между Иршар и дядей Жорой, не смогли даже набежавшие по тревоге гномы, которые очень быстро стали частью внезапной вечеринки. Конечно же, драконий спирт оказался таким же безалкогольным для игроков, как и любой другой, но Жора, видимо, уже махнул на это рукой и просто веселился вместе с драконессой, спаивая аркадийских гномов и рассказывая байки о наших приключениях.

Иназума даже не стала пробовать драконье пойло, и просто весело общалась с Иршар и стремительно пьянеющими гномами. Наверное, эти посиделки войдут в историю как вечер, когда извечно напряжённые отношения между гномами и драконами самую капельку потеплели. А может и нет.

Вот только глядя на то, как Йорик радостно травит гномам загробные анекдоты, у меня в душе зашевелилось одно подозрение, которое, хоть и не имело под собой никаких оснований, кроме интуиции, всё равно стремительно крепло.

Просто так мы от этого костяного недоразумения не избавимся.