– Согласен. – кивнул я. Жаль, что некоторые вопросы нерационально задавать напрямую.

– Тогда последний пункт – это обмен пленными. На текущий момент у меня есть… тридцать шесть? Нет, тридцать пять человек. И я готов принять в оплату их жизней карты. Особенно меня интересуют навыки. Обсудим цену?

– Конечно. – фальшиво улыбнулся я в ответ.

Конечно, среди них могут оказаться предатели, но отказываться было нерационально. Что мешает нам допросить и изолировать неблагонадежных? К тому же сейчас есть хорошая возможность выгодно продать мою собственную пленницу. Должен же принц заботиться о женщинах и детях? Ну а передать ее можно будет чуть позже, когда польза будет исчерпана, а дальнейшее содержание станет нерациональным.

***

Обсуждение и подписание договора, как я и ожидал, не заняло много времени и не вызвало особых споров среди лидеров Альянса. Жить в ожидании штурма никому не нравилось, а предложение гоблинов, как это ни парадоксально, устраивало обе стороны. До поры до времени.

Глава 23. Самое благородное из искусств

***

Подписание договора, выкуп пленных, прибытие третьей волны. Все это прошло как-то спокойно и даже, можно сказать, буднично. События развивались по уже накатанной колее, а преимущество старожилов в численности, неизвестность происходящего и наличие гоблинов за стенами, действовали на разрозненных новичков угнетающе. Так что большинство без особых возражений записывались в Альянс. Впрочем, около десятка новичков, узнав о перемирии, все же отказались и пожелали покинуть крепость. Никто не стал им в этом препятствовать…

Я во всем этом уже почти не участвовал, с головой погрузившись в практическую некромантию. Под “ферму нежити” пошла тюрьма, расположенная в подвале крепости. Тела помещались в отдельные камеры, связывались, в рот вкладывался кристалл маны, а нам затем оставалось только ждать. Разлитая в воздухе энергия была ограничена, поэтому не имело смысла пытаться поднять слишком много нежити разом. Большая часть тел хранились в сумках, извлекаясь по мере надобности и в каждой новой партии было всего полтора десятка экземпляров. Вполне достаточно, чтобы решить вопрос с опытом для раненых еще до завтрашнего утра…

Кстати, в процессе выяснилось, что у этой “технологии” было еще одно применение – восстановление и увеличение кристаллов маны. Помещенные в тела, под воздействием проклятия они постепенно увеличивались в размерах, поглощая разлитую в воздухе энергию. До определенного предела – рано или поздно проклятие активировалось, кристаллы рассыпались в пыль и поглощались в процессе трансформации. Причем угадать момент перехода было трудно – он зависел от многих факторов. Так что из умертвий извлечь эти “духовные камни” было уже нельзя. Да и тела нежити, вновь осушенные Системой, для повторного поднятия были бесполезны - проклятие их игнорировало. По крайней мере, до тех пор, пока они не превратятся в груду костей.

– Вот он, “красавец”… - пробормотал я. Вслух. Верный признак сумасшествия, если верить интернету.

Умертвие(89%). Уровень 3

Естественно, название вида сменил я сам - уровень соответствия данного термина был куда выше, чем обезличенное ”нежить”. “Красавец” уже порвал веревки и теперь сидел в центре огромной клетки, со злобой следя за немногочисленными зрителями.

– Осторожно, господин, он может кинуться. – предупредил Сахель.
– Руки у него длинные, а когти - как у тигра…

– Спасибо. – я остановился, немного не доходя до решетки и разглядывая свою будущую жертву. Тигр. Странноватое сравнение, но, вполне возможно, индусу доводилось видеть этих хищников не только в зоопарке. И когти действительно впечатляли.

Несмотря на многочисленные светильники по стенам, в подвале было темновато и от этого умертвие казалось еще более устрашающим. При жизни это был высокоуровневый хобгоблин, на которого я не пожалел крупного кристалла и, вдобавок, несколько раз опустошил свои запасы маны, сливая в него энергию. И результат был налицо – до этого у нас поднимались только особи первого уровня. Трансформация добавила твари внушительные когти, морда слегка вытянулась, а клыки вылезли наружу. У его предшественников все это так же присутствовало, но было выражено куда менее явно.

– Некромантия – благороднейшее из искусств. – припомнил я одну из местных религиозных догм. Занятно, но среди гоблинов подъемом мертвых занимались в основном жрецы Великого Ы, и это была божественная магия, действие которой поддерживал все тот же алтарь.

В целом, я составил неплохое представление о “системе прокачки” местной нежити. Проклятие не было стихийным, а потому действовало по неким шаблонам. Из целого трупа обычно получалось типовое умертвие: когти, клыки и полное отсутствие страха – вот их основное преимущество. По мере развития и роста уровней, к этому добавлялась повышенная сила, ловкость и скорость, а на финальных этапах, уровню так к десятому – еще и костяная броня. Собственно, как только эта броня полностью формировалось, умертвие перерождалось в мертвого рыцаря. У него появлялся примитивный разум, и он уже мог использовать найденное оружие и даже примитивную магию...

Если труп изначально был испорчен, или магический фон вокруг слишком слаб, то рождался костяной воин. Требовало это куда больше времени, и такие особи были довольно уязвимы за счет “магического сердца”. Достаточно было его повредить и кости попросту осыпались. Однако эти воины могли со временем переродиться в костяного рыцаря. Становились умнее, а их кости превращались в сплошной доспех, прикрывая уязвимые места. Причем чем старше был рыцарь, тем прочнее становились кости. По легендам - вплоть до уровня стали…