Шрифт:
– Так может Вашу? – Я пожал плечами, мне-то все равно.
Матвей Егорович покачал головой.
– Возможно, подумаю, как лучше.
– У Вас какие-то проблемы? – Что-то он погрустнел.
– Надо вначале тебе легенду придумать. – Ушел он от ответа.
– Пока документы не сделаю, побудишь в доме, чтобы лишних вопросов не возникало. Во двор можешь выходить, но по улицам пока не стоит бегать.
– Да, понимаю. – Покивал я в ответ.
– Ну и отлично. Будет мне помощник по хозяйству. – Дед улыбнулся. – Я постепенно объясню, какие у нас здесь правила, законы, как себя и с кем вести.
– Вы сейчас о чем? – Склонив голову на бок, с любопытством глянул на него.
– У нас же общество разделено на сословия, я тебе говорил. Но там, где будешь учиться…, в общем, пока не важно. И, пожалуйста, – дед приложил руку к сердцу, – не называй меня на Вы.
Улыбнувшись, я кивнул.
– Хорошо.
Глава третья
Интересно здесь все устроено.
– А в поселке одаренные есть?
– Двое, слабенькие они, про это мало кто знает, а то уже даже их к рукам бы прибрали. Хочешь посмотреть, что такие люди могут? – Он улыбнулся.
– Да. – Разве могу от такого отказаться.
– Это только на следующий год.
Я удивленно вскинул брови.
– Почему?
– Увидеть возможности одаренных, можно только в одном месте. Среди них проходит турнир, вот там они и показывают, на что способны. – Пояснил дед.
Это классно, это надо запомнить.
– А когда они бывают? – Мои глаза загорелись любопытством.
Матвей Егорович улыбнулся.
– Раз в год, в начале лета. В этом году уже закончились, теперь только в следующем.
– А если, ну, к примеру, я одаренный, то смогу в них участвовать? – Надо на всякий случай уточнить.
Дед окинул меня внимательным взглядом.
– Если это так, то сможешь.
Сжав кулаки, я заулыбался, это круто.
– Только, имеются условия. – Добавил он.
Я подался вперед.
– Какие?
Он снисходительно посмотрел на меня.
– Первое, возраст. В турнирах принимают участие юноши четырнадцати лет, а тебе пока тринадцать? – Дед прищурившись, глянул на меня. – Но на следующий год все равно, вряд ли получится.
Вот облом.
– Да, тринадцать.
– Значит, сколько тебе лет, уже вспомнил? – Матвей Егорович улыбнулся.
Кивнув, я вздохнул.
– Кое-что иногда в голове проскакивает. А почему не получатся, только из-за возраста?
– Не только. Давай об этом в другой раз поговорим. К тому же, у тебя день рождения, в каком месяце? Когда исполнится четырнадцать?
Я пожал плечами.
– Не знаю.
– Вот видишь. – Дед покивал, – можно считать твоим днем рождения, момент появление в этом мире. А он произошел несколько дней назад.
Печально вздохнув, я задумался, сжав губы.
Чтобы в таких соревнованиях выступать, надо многое уметь, долго готовиться, а я не знаю, что произойдет и кем стану, когда обращусь. Что-то не о том сейчас думаю.
– Ты мне лучше скажи, кто ты? – Матвей Егорович перевел тему разговора. – Подозреваю, уже вспомнил. А планы на будущее рано строить, всему свое время. Мы ведь уже решили, не стоит от меня таиться, я никому, ничего не скажу, даю слово. Нам с тобою жить, ты мой внук, я во многом могу помочь.
Вновь задумавшись, теперь уже по другому поводу, я опустил голову. Конечно, он прав, пока еще мало что понимаю, может он действительно, что подскажет? Наверное, все-таки стоит открыться.
Кивнув, тихо произнес:
– Только это правда.
– А ты что, уже решил, что не поверю тебе? С чего бы? – Мы посмотрели друг на друга, его лицо выражало искреннее удивление.
– Ну, – я замялся, – просто все странно и необычно.
– Рассказывай. – Дед Матвей кивнул. – Это будет нашей, семейной тайной, мне много необычного довелось видеть в своей жизни.
Вздохнув, я решился.
– Понимаешь, я из другого мира, но, как бы это сказать, с Земли, но не Вашей.
– Очень любопытно, это как же? – Удивленно на меня посмотрев, дед слегка наклонил голову.
– Ну, у нас такой же мир, как и этот, – начал я объяснять, – только нет императора, а страной управляет президент. Была революция, царя свергли, потом, большая война с немцами, Великая отечественная называлась, мы победили. Америка одна, называется США, там не было аварии атомной станции, она произошла в Чернобыле. У нас христианство на Руси и волхвов нет. – Выпалил я, виновато посмотрев на Деда, – извини, плохо знаю историю.