— Да, — ответил Колян. — Там всё на самом деле сложно. Это уникальное расовое умение. Только для полукровок. В общем, я сейчас типа Блейда, только не по вампирам, а по оркам заточен. Какие это даёт в перспективе возможности, не знаю. Пока, мало того, что уровень первый, так это умение ещё и заблокировано.

— Почему?

— Из-за участия в твоём клане. Я должен быть одиночкой, это типа правило. Хрен пойми, для кого оно придумано, для полукровок или для охотников, но пока я не выйду из клана, всё развитие заблокировано. Даже в статах класс Охотник серыми полупрозрачными буквами высвечивается.

Я призадумался. С одной стороны, хотелось, чтобы друг развивался и становился сильнее, но с другой — я опасался, что, выйдя из клана, Колян станет совершенно неуправляемым. И к чему это всё могло привести, никто не знал.

— Но это потеря иммунитета, — сказал я. — Ты готов?

— А какие у меня варианты? — усмехнулся Колян. — Да и ты реально думаешь, что у меня большой шанс вырваться когда-либо живым туда, где я смогу это использовать?

Слова друга неприятно задели, и в первую очередь, потому что он был прав. У нас у всех было очень мало шансов вернуться к той жизни, где можно было бы использовать иммунитет к пострезервационному синдрому. Я уже не представлял, что наступит день, когда я просто приеду в Питер и не буду ни от кого, либо за кем-либо бегать, не буду драться и убивать. Прав был Колян. Зачем был нужен иммунитет, который неизвестно пригодится ли когда-нибудь, если имелась возможность получить умение, которое, возможно, поможет выжить здесь и сейчас? В конце концов ничто не мешало ему в любой момент снова вступить в клан.

— Сам выйдешь или исключить? — спросил я.

— Самому нельзя, — ответил Колян. — Я тут мануал покурил немного, если сам выйду, то это навсегда. А если ты выгонишь, то в любой момент назад сможешь принять.

Я улыбнулся, не таким уж простым был мой друг, как иногда казался. Тоже подумал о вероятном возвращении и решил подстраховаться.

— Пойдём тогда на улицу! И давай договоримся, никогда на виду у Системы не обсуждать твоё умение. Пусть она думает, что я об этом не знаю. Мало ли.

Колян согласился, мы покинули переговорку, поднялись и вышли во двор. Там я провёл процедуру исключения друга из клана по формальной причине излишней агрессии, надеясь, что это ему тоже зачтётся. Но пообещал принять обратно, если он исправится и будет мне верно служить. После чего отправил его допрашивать пленных.

Правда, Колян не сразу бросился выполнять поручение, он тут же ушёл в себя, видимо, решил проверить характеристики. Я не стал ему мешать, а отправился лично осмотреть штаб. К этому времени его должны были уже полностью зачистить. Однако осуществить задуманное не удалось, и опять мне помешал Червяков. Правда, в этот раз он прибежал по делу.

— Есть контакт! — радостно сообщил жрец. — Он открыл глаза, смотрит по сторонам.

— И сейчас?

— Прямо сейчас не знаю, — растерялся Егор. — Я ж сейчас не смотрю.

— Пойдём!

Я отвёл Егора в свою комнату, благо она почти не пострадала во время пожара. В ней немного воняло дымом, но зато там нам никто бы гарантированно не помешал.

— Выходи с ним на связь! — сказал я, закрыв дверь изнутри.

— Сейчас, — ответил Червяков, прикрыл глаза и через минуту объявил: — Готово!

— Что делает?

— Смотрит по сторонам.

— Есть, кроме него, кто-нибудь в комнате?

— Похоже, что нет, но я не уверен. Я ведь вижу только то, на что он смотрит. Но ведёт он себя так, будто больше никого нет. Медленно разглядывает стены и потолок. Иногда на руку свою смотрит. На запястье. Оно перевязано.

— Ладно, давай попробуем отправить ему сообщение, — сказал я и вызвал интерфейс общения с Системой.

Проделав все необходимые действия, я отправил Смолякову сообщение следующего содержания: «Фёдор, это Макс! Я могу отправлять тебе сообщения! Если ты не один, не подавай виду! Мой жрец видит твоими глазами. Посмотри по сторонам. Дай нам зацепку, где ты. И моргни два раза, чтобы я понял, что ты это видишь».

— Что он делает? — спросил я Червякова, отправив сообщение.

— Смотрит в одну точку, но всё стало какое-то мутное.

— Сообщение читает. На нём сфокусировал взгляд, вот остальное и в расфокусе.

— Моргать стал! — сообщил Егор.

— Два раза?

— Нет. Много. Очень много. И как-то странно.

— Как именно?

— Он закрыл глаза и иногда их открывает. То быстро, то медленно.

— Ну-ка, опиши подробнее.

— Несколько раз быстро откроет, несколько раз медленно.

— Это я понял. Сосчитай по сколько раз.

— Три раза медленно и шесть раз быстро, и так по кругу.

Я уже догадался, в чём дело — Смоляков подавал сигналы SOS. Открывая глаза, он словно светил фонарём. Просто Егор не мог различить три коротких сигнала — три длинных — три коротких. Все короткие сливались для него в одну кучу.

— Он подаёт сигнал SOS, — пояснил я.

— Но зачем? — удивился Червяков. — Мы же и так знаем, что его надо спасать.

— Затем, чтобы показать нам, что он знает морзянку!