— После второй начинаем стрелять отсюда, — поддержал его идею я, — валим тех, кто представляет опасность, потом переключаемся на остальных.

— Мало времени, — покачал головой Шендр, — уже проверено, волки не люди — быстро приходят в себя. Вспомни, как быстро медведь очухался и попер на нас?

— Тогда открываем огонь, валим самых опасных и кого успеем, и тут же третью гранату.

— Хреновая затея! — неодобрительно бросил Шендр. — Могут быть проблемы.

— Кто не рискует, — начал было Литвин, как его перебил Шендр:

— Тот живет дольше и спокойнее!

— Так, короче, — подвел я конец спору, — либо пытаемся, либо уходим. Второго шанса не будет.

Как я понял, Литвин всецело на моей стороне, а вот Шендр колеблется.

— Ладно, будь что будет, — наконец сказал он, — держи. Как только я кину свою гранату — считаешь до пяти и тоже бросаешь. Старайся в самый центр закинуть, к той скале.

Шендр передал мне одну из своих гранат и кивком головы указал на плоскую скалу, возле которой и на которой отдыхали волки.

— Как только откроем огонь, — сказал он, отдавая третью гранату Литвину, — считаешь до десяти и кидаешь туда же. Как только кинешь — кричи, чтобы нас не ослепило. Понял?

Литвин кивнул.

— Ну, тогда поехали, — выдохнул Шендр, нажал кнопку активации на своей гранате и зашвырнул ее прямо в центр полянки, где устроили себе лагерь волки.

— Раз!

Мы все трое закрыли глаза и уткнулись лицами в землю.

— Два!

Послышался хлопок — признак того, что граната сработала.

— Три!

На нас буквально навалился визг и рычание, остервенелый вой — похоже, многим волкам досталось.

— Четыре!

Пальцы перехватили гранату, указательный надавил на клавишу активации.

— Пять!

Я поднялся ровно настолько, насколько было необходимо, чтобы метнуть гранату. Зашвырнул металлический кругляш и повалился обратно на землю.

— Пошла! — рявкнул я, нисколько не опасаясь, что волки нас услышат. Вокруг стоял такой гвалт, что даже если бы мы тут песни орали во все горло, все равно перекричать вой, скулеж и рычание волков не смогли бы.

Хлопок!

Мы с Шендром подскочили с земли, став на одно колено и вскинув оружие к плечам.

Винтовка Шендра тут же начала часто щелкать. Звук был такой, как будто несколько десятков кнутов бьют по земле. Я же выцелил волка, уставившегося на меня, и потянул спуск. Выстрел моего дробовика на секунду перебил вой и всхлипы волков. А затем царящая вокруг вакханалия лишь усилилась, на такой дистанции завалить волка мне не удалось, но досталось ему изрядно — вон катается по земле и воет.

Я спохватился, осознав, что только что потерял драгоценную секунду, рассматривая практически поверженного врага вместо того, чтобы стрелять в следующего.

Новая цель появилась на мушке, и дробовик снова громко бухнул, затем еще и еще.

Винтовка Шендра продолжала щелкать, выпуская короткие очереди в зубастых бестий.

— С такими темпами у нас патроны закончатся раньше, чем… — уже сказал я, как раздался крик Литвина:

— Граната!

— Я позволил себе сделать еще два выстрела, Шендр же успел выпустить еще три очереди, после чего мы рухнули на землю, зажмурили глаза и уткнулись лицом в пахнущую плесенью листву. Рядом что-то начало приглушенно щелкать, и я уже было испугался, что это к нам успел подойти волк.

Хлопок!

В этот раз вскочили все трое. Непосредственно возле нас никого не наблюдалось, что не могло не радовать. Я успел выстрелить всего три раза, после чего дробовик щелкнул, показывая, что патроны закончились. Я бросил его на землю и схватил энергопитоль.

Шендр продолжал палить из своей винтовки короткими очередями. Да сколько ж у него патронов? Пятьдесят вроде… И что, до сих пор не закончились? Я вспомнил, что слышал щелчки, пока ждал активации гранаты, и все стало на свои места: Шендр не терял время и вслепую перезарядил винтовку. Вот я, дурень! А мне что мешало это сделать?

Литвин пускал стрелу за стрелой. Я не мог сказать, убил он кого-то или только ранил — не до того было. Надеялся лишь, что он понимает, что делает, не теряет время зря.

Некоторые волки успели оклематься и бросились к нам. Ближайшего я свалил точным попаданием в башку из энергопистоля, еще одного срезал очередью Шендр, четвертый поймал две пули из револьвера Литвина — у того или стрелы кончились, или он решил, что настал черед пользоваться револьвером?

— Пусто! — заорал я, когда энергопистоль вместо очередного импульса лишь слабо завибрировал в моей руке.