Шрифт:
— Понятия не имел.
Не буду рассказывать козочке, что изучал астрономию. Мне нравится, как она умничает и как старается мне все разъяснить.
— А вон Млечный Путь… Сегодня он такой яркий!
— Где? — я хлопаю глазами. — Покажи.
— Да ты издеваешься надо мной! — доходит до Евы.
— Не все же тебе из меня жилы тянуть.
— Да я не…
Она замолкает. Мы лежим и молча смотрим на звезды.
Я слышу ее легкое дыхание. Ее волосы щекочут мое лицо. Ее голова лежит на моем плече. И она прижимается ко мне всем своим теплым, хрупким, невероятно волнующим телом.
Если рай существует, то он должен быть именно таким.
Волшебная осенняя ночь. Я, моя коза, гамак и звезды.
Никогда и ни с кем я не чувствовал такого счастья и такого единения. Сейчас мне кажется, что мы с Евой — одно целое. Мы сошлись, как пазл. Все детали встали на место… Ну, могли бы встать.
И это не просто желание, как я думал раньше.
Я не просто хочу эту маленькую дерзкую козу. Это нечто большее. Нечто огромное, глубокое и пугающее меня самого.
Именно тогда, в гамаке под звездным небом, я, наконец, осознал то, что давно было очевидно.
Я люблю ее.
Я жить не могу без этой невыносимой девчонки…
Глава 43
Артур
— Ты что творишь? — раздается над моим ухом.
И я медленно выползаю из сна.
Сон, кстати, был офигенный. Мне снилось, что я лежу в гамаке под звездами, в моих объятиях коза, она показывает мне Большую Медведицу, а я…
Я открываю глаза. И зажмуриваюсь.
Потому что солнце светит очень ярко. Но потом на мое лицо падает тень. И я делаю вторую попытку проснуться.
Арина. Это она надо мной нависла.
А я… я реально лежу в гамаке. На улице. Возле беседки. Звезд на небе нет. Но зато рядом со мной сопит спящая коза.
Это был не сон!
— Что происходит? — спрашивает Арина.
— Ничего.
— Почему ты спишь с девушкой Никиты?
— Я не сплю… То есть именно сплю. Это не то, что ты думаешь.
Боже, какая пошлая и глупая фраза!
Острое колено врезается мне в бок. Над ухом раздается недовольное сопение. Я поворачиваю голову.
И натыкаюсь на обалдевшие глаза Евы.
— Что мы… Почему я…
Она смотрит на Арину. На меня. Ее щечки вспыхивают милым румянцем.
Коза отчаянно бьет копытами, пытаясь выбраться из гамака и оттаптывая мои жизненно важные органы.
— Да тише ты! — бормочу я.
И прикрываюсь руками.
— Так что тут происходит? — снова спрашивает Арина.
— Ничего, — хором произносим мы с Евой.
И она, наконец, переворачивает гамак.
Мы вместе валимся на траву и откатываемся друг от друга. Ева вскакивает и торопливо идет к дому, опустив голову.
Да, ситуация неловкая… Но не смертельная.
Во-первых, тут только Арина, а не все семейство. И, главное. не Никитос. Во-вторых… да пофиг.
Пофиг на все. Все равно придется через все это проходить. Объяснения, обиды, возможно, даже вражда и ненависть…
Я люблю Еву.
Я понял это вчера ночью. И сегодня, при ярком и беспощадном солнечном свете, это понимание никуда не исчезло.
Потому что это правда. Которую я уже давно от себя скрываю.
И, если у меня есть надежда на ответные чувства… А я уверен, что она есть. Если бы Ева была влюблена в Никиту, она бы спала с ним. А не смотрела на звезды со мной.
Раз у меня есть надежда… Я найду точку опоры и переверну землю.
— У тебя совсем крышу снесло? — набрасывается на меня Арина.
— Да в чем дело-то? Чего ты на меня напала?
— А ты сам не понимаешь?
Мы вваливаемся в беседку. На столике стоит кофеиник и чашка. Видно, Арина собралась тут выпить утренний кофе, но увидела нас с Евой.
Я наливаю кофе в чашку и залпом выпиваю. Обжигаюсь и мычу от боли. Арина смотрит на меня своим внимательным взглядом.
— Рассказывай.
— Нечего рассказывать. Мне не спалось, пришел посмотреть на звезды. Ева тоже мучилась от бессонницы и решила приземлиться в гамак. Мы изучали созвездия и, видимо, нечаянно уснули.
— И все?
Нет, не все. Это была самая волшебная ночь в моей жизни. Ночь, после которой все пойдет по-другому.
Но рассказывать об этом я пока не готов.
— Не думаю, что Никите нужно об этом знать, — бормочет Арина.
— Это как Ева захочет.
Никите придется пережить серьезное разочарование… Но такова жизнь. Трудности закаляют характер. Пришло время моему племяннику немного закалиться.