А потом вернул шутку. Сторицей:

– Что касается формы одежды в зеленом режиме… в нем мы – семья! А какой может быть форма одежды в семье? Никакой!

– В смысле, вообще никакой! – «предельно серьезно» уточнила Лани, затем жизнерадостно рассмеялась и утащила Рати в нашу каюту…

…Следующие полчаса я провел в рубке. Сначала, как обещал, прописал допуски, изменил внешний вид стандартных тэххерских скафов, комбезов и маек согласно цветовым схемам «Конкистадоров» и так далее. Закончив, еще раз внимательно изучил запасы расходников и всего того, что было загружено на корабль комплектовщиками «отца» и королевы Альери. Потом в третий раз за два дня запустил полное тестирование всех бортовых систем, свернул окно программы в трей, наткнулся взглядом на пиктограмму напоминалки и набрал Чистюлю.

Вызов оказался сброшен, но уже через семнадцать секунд мне пришло текстовое сообщение просьбой подождать и обещанием связаться через пару минут. Естественно, я подождал. Так как чувствовал ответственность за женщину, которой своим «воспитанием» уничтожил всю привычную картину мира и вдребезги разнес внутренний стержень. И очень хотел выяснить, как «решение проблем от Альери» сказалось на жизни той, которая, собственно, и дала королеве лишний шанс выжить.

Доэль отзвонилась через две пятнадцать. Дождавшись появления картинки, склонила голову, секунд пять сохраняла неподвижность, и лишь потом уставилась в глаза:

– Мой долг перед вами вырос еще на две жизни, командир!

– На две? – переспросил я, ужаснувшись. И, сложив два с прошлым долгом, мысленно взмолился богу, чтобы ей не пришло в голову предлагать мне свои Мечты – я бы ей отказал. Вне всякого сомнения. Но при этом мог добавить к уже имеющимся еще одну психологическую травму.

Когда я сфокусировал свое внимание на ее лице, настроение упало еще сильнее: женщина выглядела не очень. Даже скорее, «очень не…»: красивое, как у всех тэххерок, лицо осунулось и побледнело, огненно-рыжие волосы потускнели, глаза поблекли и обзавелись темными мешками, а в уголках посеревших губ появилась горькая складка. Осанка тоже была «очень не…» – плечи были опущены, спина слегка сгорблена, а гордая посадка головы сменилась ее жалким подобием. А если учесть, что та часть ее платья, которая находилась в пределах моего поля зрения, была порядком помята, общая картина заставляла напрячься.

– Попытка переворота провалилась. Большинство активных участников расстались жизнью. Мама выжила. Но отреклась от кресла главы рода в мою пользу, поклялась до конца жизни не покидать родового поместья и пару часов назад улетела туда вместе со своим мужем и фаворитами. А я, как кавалер ордена «Серебряная Звезда», отделалась легким испугом – снижением индекса социальной значимости на пятьдесят единиц, запретом занимать должности, предполагающие высокий уровень личной ответственности, в течение трех лет, и личным порицанием королевы Альери.

– Честно говоря, я плохо представляю, насколько серьезно все то, что вы перечислили… – признался я.

Ти’Вест грустно улыбнулась:

– В теории это самый край – за большее «награждают» ссылкой в родовое поместье, отречением или лишением дворянского патента. Только на самом деле это наказание что-то вроде щита, который прикрыл меня от выживших сторонников матери: да, я единственная, кто отделалась таким легким приговором, но лишь потому, что совсем недавно получила «Серебряную Звезду».

– Значит, на королеву Альери вы не в обиде? – на всякий случай уточнил я.

– Что вы, какая обида?! Она, можно сказать, легонько шлепнула меня по попке, вместо того чтобы свернуть шею или выставить предательницей в глазах всего дворянства!

– Ладно, с этим более-менее понятно. Теперь объясните, пожалуйста, как реально изменится ваша жизнь в новых условиях.

Доэль устало потерла лицо и криво усмехнулась:

– Закончу разбираться с обязанностями главы рода – устрою официальную церемонию вступления в должность. Потом закопаюсь в нужды контролируемой планеты, городов, предприятий, исследовательских лабораторий и так далее – в общем, погрязну в делах. И параллельно зароюсь в учебные курсы по тем специальностям, без которых со всем этим хозяйством не справиться.

– Не худший вариант жизни! – попробовал приободрить ее я. Потом увидел в ТК зеленую вспышку, свидетельствующую о завершении тестирования, и закруглил разговор: – Доэль, мне пора: через несколько минут мы улетаем. Будет нужна помощь – пишите, благо контакты у вас теперь есть. Соскучитесь – тоже.

– Спасибо, Дэниел! – с чувством поблагодарила она, почему-то назвав меня по имени. Потом густо покраснела и робко попросила: – А можно, я иногда буду писать и вашим супругам?

– Конечно… – разрешил я и оборвал связь…

…Последнее, что я сделал перед тем, как подключиться к пилотскому интерфейсу, это отправил сообщение Альери. Коротенькое. И через ДС: «Мы стартуем. Счастливо оставаться! Дэниел» А через полминуты, получив ответ «Спит. Передам. Счастливого пути! Аннеке», связался с диспетчером КДП, чтобы запросить взлетный коридор и время отрыва. Когда получил, причем не только их, но и вектор разгона до нужной зоны перехода, сообщил дамам о том, что до взлета осталась минута.