Ксиб тем временем, закрыв тему вампиров, прошел к люку в потолке, в который все еще долбились, и молча начертил в направлении потолка какую-то сложную руну. Люк распахнулся, и из него на пол вывалился будущий Король Риаберры собственной персоной. Несмотря на свои ужасные приключения в прошлой локации, Мустакбаль выглядел вполне сносно, на нем даже не было заметно ни ран, ни крови.

— Добро пожаловать, ваше величество, — первым поприветствовал Мустакбаля Ятти, — Рад видеть вас в добром здравии. Пока вас не было, меня тут назначили вампиром. Так что первым делом предупреждаю, что я не вампир, и что я убью любого, кто будет утверждать обратное.

— Ага, привет, — поздоровался охрипшим голосом Мустакбаль, поднимаясь на ноги, — Тоже рад всех вас видеть, хотя ожидал, что вас будет больше.

После этого все забыли на несколько минут и про вампира, и про плачевное состояние отряда. Выжившие бросились приветствовать и обнимать Мустакбаля, а Мелкая Буква даже начал орать, что теперь с прибытием Короля у отряда снова появилась надежда на успешный захват престола Риаберры.

Мустакбаль в ответ коротко рассказал, как его сначала выкинуло из усыпальницы психирургов прямо в некий Зал Обработки, где отряд под предводительством Ксиба так и не побывал, а потом зацепило волшебным магнитом в Зоне содержания жертв Реактора и мотало там много часов. В конце концов магнит его просто отпустил, а выжил среди радиоактивных залов Мустакбаль только благодаря тотальным протекторам, которых у него, как у контрабандиста, было полно, поскольку класс контрабандиста имеет доступ к самым дорогим и редким предметам у торговцев. Так и не вернувшегося ассасина Мустакбаль не видел и не встречал.

Ксиб терпеливо дал всем наболтаться с прибывшим Королем, а потом прошипел:

— Мустакбаль, ты спал?

— Ага, я отлично выспался. Сюда к люку я приехал на каком-то лифте, он меня вез часов десять, так что я наспался на день вперед. В этом лифте даже поганая музыка не играла. Полный комфорт.

— В таком случае мы выступаем, — прошипел Ксиб, — Ассасин уже не придет. Пять минут на сборы.

Округ Файф, поместье Тайх-Понайдх, конюшни лэрда Мэртэйна Старого Вешателя

В отличие от самого замка, выстроенного по личному проекту нынешнего владельца, расположившиеся за замком конюшни были сооружены еще в четырнадцатом веке. Конюшни были огромными и тянулись чуть ли не на милю. Построивший их лэрд Мэртэйн вошел в историю не только своей добротой и справедливостью, но и тем фактом, что был крупнейшим коннозаводчиком в Шотландии четырнадцатого века. Но ныне эти конюшни принадлежали мистеру Моргану Мак-Анри, который хоть и не был потомком Мэртэйна Вешателя, однако превзошел древнего лэрда по количеству лошадей во владении, и денег на этих лошадей потратил явно больше Старого Мэртэйна. Это было неудивительно, ведь современная розовая генномодифицированная лошадка стоила раз в сто дороже, чем самый дорогой конь из конюшен средневековых лэрдов.

Мистер Мак-Анри неторопливо вошел к конюшню, где сейчас не было никого, кроме собственно лошадей, и первым делом разделся догола и опрыскал себя конскими феромонами. Потом Мак-Анри натянул белоснежную маску единорога, а уже потом включил камеру. Маску единорога он надел не просто так, ведь сегодня компанию мистеру Мак-Анри должна была составить белая единорожка с кудрявой синей гривой и огромными синими же глазами с длинными ресницами. Для начала мистер Мак-Анри нежно погладил пони-единорожку по крупу, и та тревожно заржала, уже подозревая недоброе. Мистер Мак-Анри предпочел бы, чтобы лошадка сказала что-нибудь членораздельное, но, к сожалению, говорящих пони современные генетики делать пока что так и не научились…

Закончив, мистер Мак-Анри выключил камеру, снял с себя маску единорога и с наслаждением облился водой из ведра. Потом, не одеваясь, он вставил в рот сигарету и уже собирался закурить. Несмотря на известную поговорку про каплю никотина и лошадь, Мак-Анри, как коннозаводчику, было известно, что табачным дымом лошадку не убьешь, точнее, убьешь, но не быстрее, чем человека.

Однако закурить Мак-Анри было не суждено, один из стогов сена вдруг зашевелился, а через мгновение из него вылез Сагануренов со смартфоном в руке. Детектив был весь в сене, один пучок лежал у него на шляпе, и даже из карманов торчали сухие травинки.

Мак-Анри тут же сориентировался в ситуации, бросился к собственному пальто и выхватил из его кармана кольт. Лошади тревожно заржали, оранжевое пони с розовыми волосами даже начало бить копытом.

— Не советую, сэр, — произнес вместо приветствия Сагануренов, — Я снял все на видео, в том числе, как вы одевали маску. Это видео разослано в офисы моего детективного агентства в Нью-Йорке, Москве и Санкт-Петербурге. Сотрудникам дано указание посмотреть и опубликовать видеозапись в случае моей смерти или исчезновения.

Мак-Анри замер с незажженной сигаретой во рту и кольтом в руке, так и не нажав на спусковой крючок. Он понял, что проиграл.

— Очень глупо, сэр, очень, — заметил Сагануренов, убирая в карман смартфон и отряхивая шляпу от сена, — Вы допустили целых три серьезнейших ошибки. Я вам на них укажу, если позволите. Во-первых, вы снимали на своих сомнительных видео генномодифицированных пони. Тайных пони, из вашей секретной конюшни, тех, кого вы использовали только для утех и видеозаписей, и сам факт приобретения которых вы скрывали. Однако всему миру известно, что вы крупнейший на планете владелец генномодифицированных пони. Поэтому вас уже подозревали в производстве этих ужасных видео, даже несмотря на то, что вы всегда одевали маску. Тогда вы отмазались, но я навел справки. Вам следовало остановиться и больше не снимать этих видео, когда вас заподозрили в первый раз, сэр.