За порядком у нас следят автоматические дроны, полностью свободные от контроля человека, и частные охранные агентства. Ну что еще сказать? Обязательно попробуйте плов с фазанами в «Uly pilaf», он создан по моей рецептуре. Я бы приготовил его вам лично, но я сейчас занят государственными делами, как вы видите. А еще непременно гляньте коллекцию личных автомобилей прошлых диктаторов-леваков, которые раньше правили нашей страной, эти крутые тачки можно увидеть в Музее поганых левацких артефактов в Ашхабаде. Вроде все. Приятного вам пребывания в Свободном Туркменистане! И плов с фазанами отведайте, не пожалеете.

Аксакал закончил свое пространное приветствие, только когда самолет уже закончил кружить и начал садиться, салон тряхнуло, и Сагануренов в панике зажмурился. В иллюминатор Сагануренов никогда во время полета не смотрел, это было слишком страшно, так что шанса полюбоваться знаменитым серебряным небом Туркмении у него пока что не было.

Небо детектив увидел, только когда вывалился из самолета на трап, утирая пот с лица и поправляя накладную бороду. Взглянув наверх, Сагануренов заключил, что серебряным туркменское небо мог назвать только очень романтически настроенный человек. С другой стороны, на обычные пасмурные небеса местное небо тоже было не слишком похоже. Оно испускало ровный белый свет, в котором было нечто неоновое, но сами небеса оставались совершенно однотонными и серыми. Больше всего это напоминало видеоигры, когда текстура неба вдруг забаговалась и отвалилась, а солнечный свет остался.

Сагануренову было известно, что это небо не меняется в зависимости от времени суток, поскольку плюсовая взвесь поглощает солнечный свет днем, и дает вместо него собственный, светящий и днем и ночью. Так что Туркменистан можно было назвать теперь не только Страной Серебряного Неба, но и Страной Белых Ночей. Впрочем, сейчас было раннее утро, так что впервые прибывшие в Туркмению путешественники типа Сагануренова не слишком удивлялись свету небес.

Над Ашхабадским аэропортом имени Айн Рэнд развивался туркменский зелено-черно-желтый флаг с конем, змеей и орлом. Сагануренов, еще не до конца отошедший от тяжелого перелета, успешно забрал свой багаж и прошел автоматизированный пограничный контроль. Он уже направлялся к туалету, когда к нему неожиданно подошла молодая негритянка в латексном облегающем костюме с белыми аксельбантами и погонами. На черной фуражке у негритянки помещался герб местной погранслужбы, а на бедре висел нейрошокер, настолько мощный, что в Евросоюзе такие запрещали использовать даже военным.

Смартфон Сагануренова, на который детектив уже успел установить рекомендованный аксакалом Kanun, тут же выдал сообщение с фотографией негритянки и подписью:

Шима Казарес Частная Пограничная стража города-велаята Ашхабад

Рейтинг в Kanun: 14 122Это уважаемое и ответственное лицо.

Текущая политика взаимодействия для вас:

— Только по служебным вопросам

— Не пялиться на грудь и ноги

— Не флиртовать

— Обращаться «госпожа лейтенант»

— Вы провозите пулю, господин Аль-Кхида, — сообщила по-английски негритянка, — Для автомата Калашникова, калибром 5,45 на 39 миллиметров. В вашей голове. А это запрещено.

— Прошу прощения, госпожа лейтенант, — ответил Сагануренов с сильным арабским акцентом, — В юности я сражался в Сирии, и мне действительно вогнали пулю в… Как это будет по-английски? В мозг, вот. И врачи не могут достать ее. Так что я физически не могу не ввозить эту пулю. Если ее вынуть — я умру. Так говорят врачи, госпожа лейтенант. И я полагал, что Туркменистан — свободная страна со свободным оборотом оружия.

— Это так, — подтвердила Казарес, — Но свободы положены только гражданам. Мы не желаем, чтобы к нам в страну съезжались превратно понимающие либертарианские идеи отморозки со всей планеты. Поэтому пули ввозить в Туркменистан иностранцам запрещено. Вам придется покинуть страну.

— Но ведь эта пуля находится в моем мозгу, госпожа лейтенант, — заспорил Сагануренов, — А мой мозг не стреляет, уверяю вас. Так что пуля никому не причинит вреда. Послушайте, я впервые в Туркменистане. Я приехал к своей невесте Огулбэбек, мы с ней познакомились в World of Tanks, а сейчас собираемся встретиться лично и пожениться. Неужели вы лишите меня супружеского счастья из-за старой пули? Кроме того, вы ведь и сама не гражданка, госпожа лейтенант, вы должны понять меня, вы не похожи на туркменку, при всем моем уважении.

— Я гражданка, — обиделась Казарес, — Я приехала сюда из Колумбии три года назад, когда Туркменистан еще продавал гражданство. У меня на родине власть захватили леваки, так что я решила выбрать свободу. Однако я не вижу способов решить вашу проблему, господин Аль-Кхида. Вам придется покинуть страну.

— Позвольте и мне купить прекрасное гражданство! — вскричал Сагануренов с истинно арабской страстью, — Я готов сделать это прямо сейчас, госпожа лейтенант. Тогда ведь я смогу ввозить пули?

— Смогли бы, — уточнила лейтенант Казарес, — Но лавочку уже прикрыли. Туркменистан больше не продает гражданство. Но вы, пожалуй, можете купить у Пограничной стражи разрешение на ввоз пули, если так рветесь к вашей невесте.

— О, спасибо, госпожа лейтенант, — радостно провозгласил Сагануренов, активно жестикулируя, — Я готов уплатить любой калым, чтобы попасть к моей прекрасной невесте. Сколько я вам должен?

— Разрешение на одну пулю для Калашникова стоит пятьсот туркменкоинов.