Из-за таких безрассудных действий, он когда-то лишился погон и угодил на скамью подсудимых.

— Как решать будем, «Живен» не дешёвый, нужно компенсировать лечение, — рыжий парень намекнул на способ разрешения конфликта, по-видимому, не желая раздувать инцидент.

— Согласен! Моральные травмы лечить тяжелее всего, не знаю, что ты там мне предлагаешь, но я готов забыть об этом происшествии за... — Солдат, исходя из увиденных цен в терминале, быстро прикинул курс нанесенной ему моральной травмы, — сто грэмм, я добрый сегодня.

— Мужик, ты зря борзеешь, мы у Калача в дэме! Лучше давай сейчас всё решим, мы не кровожадные! Понимаем, что грэмм у вас сейчас немного. Позовём уважаемых людей, подтвердишь при них, что должен нам и за пару-тройку месяцев рассчитаешься, — предложил, на его взгляд, вполне достойный вариант дальнейшего развития ситуации, рыжий парень.

— Валек, собери наши припасы, уходим, — не отрывая глаз от троицы вымогателей, тихо сказал Игнатов, — хотя, стой! Посмотри, какой размер берцев у этого мудака?

— Сорок три, — Валентин после осмотра обуви пострадавшего перевернул того на бок, — захлебнется ещё, кровь течёт сильно, ему в больничку нужно, помрёт ещё, — выразил своё мнение он.

— Похерам на него! Берцы снимай! — рыкнул Игнатов.

— Зачем? — непонимающе переспросил Валентин.

— Затем! Не тупи! Дёрнетесь, всех урою... — понимая, что проблем всё равно будут не избежать, Солдат решил получить максимум из сложившейся ситуации, — кепку, щитки, всё забирай, карманы тоже проверь.

— Зря ты так... — решил привести последний аргумент ему рыжий парень, — это наша территория, будет только хуже.

— Уходим! — скомандовал Игнатов.

Быстрым шагом, оглядываясь на троицу, подошедшую к своему человеку, они скрылись за поворотом. И там Солдат, забрав берцы и кепку, чтобы облегчить руки компаньона, указал нужное направление.

— Давай бегом, Валек! Нужно быстро придумать, куда Дикого спрятать. Оружие нужно какое-нибудь найти, — начал разрабатывать на ходу стратегию дальнейших действий Игнатов.

— Солдат, нам пиздец! Что делать будем? Они сейчас толпой придут! — дрожащим от паники голосом проговорил Валентин.

— По-любому придут, не ссы, чё ты менжуешся всё время? Вроде доктор, должен не бояться крови, — своеобразно подбодрил его он.

— Так я её и не боюсь!... Ну, в смысле, когда она у других течёт!... Зарежут нас теперь, наверное, да? Или так забьют! Кто этот Калач? Главный, наверное, какой-то, — перебирал варианты расправы над ними Валентин.

Они быстро добежали до нужного ответвления и обнаружили лежащего там Дмитрия в той же позе, в какой они его оставили.

— Дикий! Эй, ты живой? — Солдат бесцеремонно начал тормошить его, схватив за плечо.

Дмитрий открыл ничего не понимающие глаза и одними губами прошептал:

— Пить...

— На, — открыв бутылку и немного приподняв ему голову, Солдат маленькой струйкой начал выливать воду ему в рот, — да не дергайся ты, прольешь всё! Глотай, чё ты выплевываешь всё! Валек, осмотри его, может поймёшь, что у него болит? Что с ним делать дальше?

Сняв с ног свои кеды, Игнатов начал подгонять отобранную обновку под себя, морщась от запаха предыдущего владельца.

— Валек, держи кепку! — решил поделиться и с ним трофеями Игнатов, — заслужил! Зырь какая чёткая, вся замята-подмята где надо, поебень только эту нужно оторвать! «К», катяхи что ли? — осмотрев кокарду, он одним резким движением вырвал ненужную букву.

— Калачи, наверное! — выдвинул своё предположение Валентин, — я её точно не надену, нам и так пиздец теперь, а ты ещё эту кепку, нахер она тебе сдалась?

— Лошара ты! — подвел итог диалога Игнатов, — что с Диким, подлечил хоть немного его?

Валентин уставился на Солдата с вытаращенными глазами, открывая и закрывая рот от возмущения, с большим трудом подбирая нужные слова:

— Я не пойму, ты издеваешься, что ли? Как я его подлечу? Заговор ему на ухо пошептать?

— Ну, ты доктор или кто? — не понимая причину возмущения, перевел взгляд от разглядывания наколенников на лицо Валентина Игнатов, — Ааа, понял! Ты не такой доктор, который лечит, ты этот, ну как его... — покрутил пальцем в воздухе он, подбирая слова, — ты научный доктор, да?